Парламентская комиссия, расследующая теракт в бесланской школе, впервые поделилась своими выводами с общественностью. Сегодня "Московский комсомолец" публикует большое интервью с главой комиссии - заместителем председателя Совета Федерации Александром Торшиным.
Во-первых, корреспондент газеты попытался выяснить, сколько все-таки было захватчиков. Напомним, по официальным данным Генпрокуратуры, 31 террорист, в том числе одна женщина-шахидка, был убит и еще один - Нур-Паши Кулаев - взят живым. Однако заложники уверяют, что одних только "невест Аллаха" было несколько - от двух до четырех.
Торшин не может однозначно утверждать, было преступников 32 или больше. Публикация в "Комсомольской правде" о 50 террористах, по его словам, не имеет отношения к действительности (душевнобольной "источник" просто обманул журналистов). Однако утверждать, что ни один боевик, кроме Кулаева, не покинул школу живым, тоже нельзя. Данные, собранные комиссией, говорят о том, что оцепление вокруг здания было таким дырявым, что сквозь него мог пройти кто угодно - особенно во время штурма.
Опознать удалось на данный момент лишь 16 преступников. Национальный состав банды, как было известно и раньше, очень пестрый: есть чеченцы, ингуши, арабы. Один из террористов похож одновременно на монгола и корейца.
Отдельная история с Владимиром Ходовым - верным басаевцем, причастным, помимо Беслана, к взрыву во Владикавказе 2 февраля 2004 г. и к минированию железной дороги Москва - Владикавказ 29 мая. В акте экспертизы, имеющемся в распоряжении комиссии, значится: "Ходов Владимир Анатольевич, опознан дактилоскопической экспертизой и матерью". А на официальном сайте МВД РФ тот же самый Ходов числится в федеральном розыске. "Как я после этого объясню, что этому человеку не удалось благополучно скрыться из Беслана, если его МВД до сих пор ищет как живого?" - вопрошает Торшин.
Если кому-то все же удалось уйти из школы после взрыва, то это были настоящие профессионалы - возможно, даже сотрудники иностранных спецслужб. По словам Торшина, "16 опознанных - это "пастухи", рядовые боевики. Так эффективно и метко стрелять могли только профессионалы высочайшего класса. Десятерых спецназовцев положили!" Одного из засевших в здании бандитов, пулеметчика, не могли уничтожить несколько часов.
В пользу версии об иностранных спецслужбах говорят и наркотики, которые принимали террористы. Сам факт их употребления доказан, но вот что это были за зелья? На героине и морфине, как считает Торшин, три дня нельзя продержаться в боеспособном состоянии и тем более следить за тысячей с лишним заложников. Да и во время боя захватчики показали себя с самой "лучшей" стороны. "Боевики, получившие по четыре-пять пулевых ранений, продолжали активно отстреливаться. Они что, Рэмбо какие-то? В одного попали из подствольного гранатомета, у него все кишки были выворочены, а он поднялся да еще двух наших едва с собой не забрал", - рассказывает Торшин. По мнению комиссии, террористы принимали некое снадобье, изобретенное в 1943 г. в США для поднятия боеспособности солдат.
На самый главный вопрос: кто и почему устроил взрыв, ставший причиной гибели свыше 300 человек, - Торшин дает неожиданный и, наверное, самый страшный ответ из всех возможных. По его данным, взрывчатка сработала случайно и это не было выгодно ни спецслужбам, ни захватчикам. Как раз в тот момент, когда случилось непоправимое, переговорщик Михаил Гуцериев, бывший вице-спикер Думы, общался с одним из террористов. Вот расшифровка их разговора:
- Нас подорвали!!! - Ты с ума сошел! Никто вас не трогает! - Да, это у нас взорвалось. Только непонятно, откуда. Никто кнопку не нажимал.
Если бы этого не произошло, бандиты, по мнению Торшина, потребовали бы крупную сумму денег и транспорт, чтобы скрыться. "Я не исключаю, что некоторые террористы рассчитывали на "буденновский" вариант: деньги - автобус - лес - Аллах акбар", - говорит он.
Что касается действий силовых структур во время теракта, Торшин напомнил уже известные выводы: отсутствие одного главного, который имел бы право принимать любые решения, пагубным образом сказалось на ходе событий. "Это самое уязвимое место нашей власти: все ждут президента. Без него никто шагу не сделает. Да президент просто физически не в состоянии все охватить, он и так перегружен. Я уверен, что и в бесланской трагедии жертв было бы значительно меньше, если бы все делали свое дело, а не дозванивались до президента и не ждали единственно верного решения из Кремля".
Однако, несмотря на все свои промахи, силовые структуры заинтересованы в расследовании. По словам Торшина, все, с кем комиссия пожелала поговорить, являлись по первому требованию. Поддержка чувствуется на всех уровнях власти. В то же время никаких попыток оказать давление - просьб "посмотреть на эти события вот с такой-то стороны" от высших чинов не поступает. "Силовики сами хотят, чтобы мы докопались до истины, я это вижу. Вы думаете, в разговорах между собой они восторгаются тем, как организована работа в наших спецслужбах? Как бы не так!" - говорит Торшин. Не будет и тотального засекречивания выводов комиссии, чего так опасаются независимые обозреватели. По словам Торшина, останутся втайне лишь имена тех информаторов, которые просили сохранить конфиденциальность.
Потом речь пошла о ситуации на Северном Кавказе в целом - оттуда выводятся войска, начинается "другая война", которой должна заниматься местная милиция, но она недееспособна. Против таких традиций, как тейповые связи, кровная месть, недоносительство и так далее, власть бессильна. А деньги, которые перечисляются в Чечню из центра, идут в значительной мере не на реформы, а все тем же бандитам. Из-за границы поступает лишь около 10% средств. Торшин напомнил слова Басаева: "Я воюю за счет отчислений из бюджета Российской Федерации".
Все новости...
