Бывшие страны социалистического лагеря окончательно отказываются от наследия Карла Маркса, тогда как традиционно капиталистические страны отнюдь не брезгуют его идеями.
Речь в данном случает идет о системе налогообложения. Карл Маркс в своем "Манифесте коммунистической партии" еще в 1848 г. одним из первых призывал к установлению "прогрессивного или многоступенчатого подоходного налога". Его идея в том, что чем выше доход гражданина (или верноподданного), тем больший процент полагается ему отчислить казне. Сейчас, когда перераспределение благ общества в пользу малоимущих стало привычным делом для государства (увы, не для всякого), прогрессивная налоговая шкала – явление вполне привычное. Но в середине XIX в. только что победивший капитализм развивался в достаточно "диких" формах и такие идеи были, конечно, смелым предложением. Повсеместной нормой была единая ставка налогообложения доходов как пролетариата, так и капиталистов.
Однако со временем "акулы капитализма" смекнули, что если не делиться с остальным обществом значительной долей своих доходов, то придется иметь дело с коммунистами. Как бы то ни было, но в настоящее время большинство промышленно развитых стран следуют завету Маркса, облагая граждан подоходным налогом по дифференцированной шкале. Правда, в последние четверть века целесообразность этого принципа неоднократно подвергалась сомнению – в частности, в США при Рейгане и в Великобритании при Тэтчер. В итоге было сокращено количество ступеней увеличения ставки подоходного налога, и в целом он был снижен. Однако до настоящего времени ни одна западная страна не вернулась к единой ставке налога.
Совершенно иная картина наблюдается на Востоке Европы и на территории бывшего СССР. Здесь – в доказательство тезиса о возврате соцлагеря к "дикому капитализму" – вводится единая ставка налога. Причем процесс этот растянулся на многие годы: капитализм "дичает" все дальше. Первой в 1994 г. единый налог ввела Эстония, передовик рыночных реформ на постсоветском пространстве; ставка была установлена на весьма высоком уровне – 25%. Затем ее примеру последовали Латвия и Литва. Остальные не спешили, считая единую ставку подходящей исключительно для небольших стран и только на некий переходный период. Так продолжалось до начала XXI века. И вот в последние годы процесс пошел. В 2001 г. единую и очень низкую ставку подоходного налога в 13% установили в России. Единый налог ввели также Сербия (14%), Украина (13%), Словакия (19%). Только что к клубу "противников идей Маркса" присоединилась Румыния: одним из первых шагов нового центристского правительства страны стало введение единой ставки подоходного налога в 16%. В будущем, возможно, этому примеру последуют Чехия и Польша.
Однако эксперты неоднозначны в своих оценках того, насколько оправдывает себя применение единой ставки подоходного налога в современных условиях. "Неудивительно, – пишет The Wall-Street Journal, – что именно бывшие коммунистические страны пошли по пути упрощенного налогообложения: ведь они начинали в нуля, а потому избрали для себя самую эффективную и простую систему. Экономисты давно отмечали преимущества и справедливость фиксированного подоходного налога". Сторонники единой ставки указывают также, что она повышает собираемость налога, поскольку, чем меньше налог, тем меньше соблазн уклониться от его уплаты. Особенно, если при увеличении ваших доходов его ставка не увеличивается. Кроме того, высказывается мнение, что единая ставка способствует уменьшению безработицы, а также повышению производительности труда.
Однако есть и другие точки зрения. Например, эксперты, принимавшие участие в исследовании налоговой сферы России под эгидой Института финансовых исследований, отметили, что с введением единой ставки ситуация с уплатой налогов в стране несколько улучшилась, однако в целом эта реформа себя не окупила, поскольку повышение собираемости не компенсировало уменьшения размера подоходного налога. И "нет абсолютно никаких свидетельств того, что единый налог влияет на увеличение занятости или производительность", – утверждает немецкий экономист Александр Клемм.
Основной тезис в пользу прогрессивного налога – традиционно социальный. "Подоходный налог – это эффективное средство для перераспределения дохода более зажиточных слоев населения для удовлетворения потребностей менее обеспеченных слоев", – говорит Александр Клемм, отмечая, что "с введением единого налога такая возможность резко сужается".
Впрочем, отказ от прогрессивного налога – явление вполне закономерное для стран Восточной Европы и СНГ, которые уже больше десяти лет благополучно "задвигают" социальные вопросы, делая упор на экономический рост и погоню за экономически развитыми странами. И, видимо, "шоковая терапия" начала 90-х вызвала привыкание пациента – народ терпит. Западная Европа не может позволить себе такого обращения с обществом, а потому вынуждена использовать прогрессивную шкалу налога и терпеть позорно низкие показатели развития экономики. Что ж, кому-то благосостояние важнее, чем достижения. Впрочем, некоторые эксперты полагают, что если единая налоговая ставка оправдает себя в Восточной Европе, то и Западная может последовать ее примеру. Уже подумывает о таком шаге Испания, перед которой стоит задача вывести из "тени" пятую часть своей экономики.
Если же говорить о чисто экономической эффективности той или иной системы налогообложения (какова собираемость налога, как он стимулирует развитие экономики), то многие эксперты убеждены, что ее определяет не столько принцип исчисления налога, сколько его конечная величина. Теоретики говорят, что есть некая граница ставки налогообложения, превышение которой контрпродуктивно как для казны, так и для экономики: прибыль начинает уходить "в тень". Причем этот налоговый потолок бывает разным: он зависит от культуры и традиций местных налогоплательщиков. Например, если для законопослушного западного европейца эстонская фиксированная ставка в 25% – это нормально, для эстонца – многовато (в 2007 г. правительство страны намерено снизить ставку), то российский налогоплательщик, попробуй государство забрать у него четверть дохода, назвал бы это грабежом и платить бы ни за что не стал. Поскольку у него есть твердое убеждение, что отдачи от этих денег он никогда не увидит. И осуждать за такое мнение его не следует, поскольку это обратная сторона политики "задвигания" социальной сферы государством. Неважно, какого рода ставка налога при этом используется.
Все новости...
