Художники Михаил Врубель и Виктор Борисов-Мусатов похожи не больше, чем пушкинские Евгений Онегин с Владимиром Ленским. В том смысле, что "вода и камень, стихи и проза, лед и пламень не так различны меж собой..." и далее по тексту. Между тем кураторы Третьяковской галереи сочли возможным объединить художников в рамках одного проекта. Дело в том, что уже не первый год Третьяковка балует москвичей превосходными графическими выставками, подготовленными на основе музейных фондов. Всем известно, что графика – дама капризная. И свет-то ей нужен особенный, и к температурным колебаниям она относится весьма трепетно. Но даже в идеальных условиях экспонировать рисунки и акварели можно всего несколько месяцев – иначе они просто выцветут и исчезнут с лица земли. Поэтому большинство музеев (по крайней мере, российских) предпочитают не вкладывать деньги в подобные проекты.
Третьяковская галерея, как обычно, приняла огонь на себя. В специально отведенных залах старого здания уже прошло несколько замечательных графических выставок. Новый проект, "Пророк и мечтатель", представляет рисунки Врубеля и Борисова-Мусатова.
Оба мастера считаются главными представителями русского символизма. Оба – одиночки, так и не сумевшие влиться ни в одно из многочисленных объединений эпохи Серебряного века. На этом, однако, сходство кончается.
Интеллектуал Врубель – чуть ли не единственный русский художник, получивший университетское образование. Первые уроки рисования он брал у Репина, еще будучи студентом юридического факультета. Позже, уже в Академии художеств, Врубель попал к знаменитому педагогу Павлу Петровичу Чистякову. Чистяков учил "рисовать формой" – не контурами, не тушевкой, а строить линиями объемную форму в пространстве. Сделавшись учеником Чистякова, Врубель так изощрил и натренировал свой глаз, что различал "грани" не только в строении человеческого тела или головы, где конструкция достаточно ясна и постоянна, но и в таких поверхностях, где она почти неуловима – например, в скомканной ткани, цветочном лепестке, пелене снега. Он учился чеканить, огранивать, как ювелир, эти зыбкие поверхности, прощупывал форму вплоть до малейших ее изгибов. Все эти приемы нашли свое непосредственное выражение в рисунках художника.
Графика Михаила Врубеля представлена на выставке от ранних акварелей до больничных рисунков. Впервые выставляются вместе листы с изображениями раковин, среди которых и цветные пастели, и рисунки углем, где художник добивается эффекта перламутрового сияния лишь с помощью белого и черного. Здесь же представлены иллюстрации к "Демону", которые считаются вершиной мастерства Врубеля-графика. Листы эти создают впечатление богатой красочности, почти как "Восточная сказка", хотя фактически они монохромны – исполнены черной акварелью с добавлением белил. Экспозицию завершают карандашные портреты, исполненные художником незадолго до смерти.
Несмотря на то, что Борисов-Мусатов не обладал харизмой своего современника, его творчество оставило не менее заметный след в истории русского искусства. Ориентирующийся, прежде всего, на западноевропейское искусство, художник впервые противопоставил прямолинейному русскому реализму утонченный мир эфемерных грез и ускользающих снов. Графическое творчество Борисова-Мусатова демонстрируется ранними натурными работами и произведениями, в которых действительность смешивается с фантазией, рождая особый мир, идеальную "прекрасную эпоху", где царит неподвластная времени гармония.
Экспозиция выставки в полной мере отражает темперамент и творческий метод столь непохожих художников. Надо признать, что оба участника выглядят прекрасно, однако от резких перепадов экспозиции начинает слегка кружиться голова. Врубель щеголяет фирменными переливами изумрудного и голубого, его мадонны нервозны, а герои портретов целеустремленны и напряжены. В зале иллюстраций к "Демону" накал страстей достигает апогея – безвременно погибшая Тамара утопает в гробу и в изощренном узорочье сложнейшего рисунка.
На фоне энергичного Врубеля образы Борисова-Мусатова кажутся еще более блеклыми и бесплотными: девушки-привидения, тающие в вечернем парке, прозрачные руки печальных дам и воздушные пейзажи, напоминающие выцветшие декорации. Зато нежные тона, слегка изломанные фигуры и приглушенный свет мусатовских акварелей немедленно вызывают в памяти полузабытое понятие "декаданс".
На выставке в Третьяковской галерее демонстрируется около 100 графических работ Михаила Врубеля и 50 Виктора Борисова-Мусатова – в общей сложности примерно 150 произведений из фондов ГТГ, ГРМ, ГМИИ имени А.С. Пушкина и частных коллекций Москвы.
Все новости...
