На лентах информагентств появилась скандальная культурная новость, в иные времена и в иных странах означавшая крушение основ взаимодействия общества с деятелями искусств, однако для культурного сообщества Москвы ее никак нельзя назвать неожиданной. Звучит она так: "Московский городской комитет по культуре освободил от занимаемой должности художественного руководителя (художественного директора) театра "Школы драматического искусства" Анатолия Васильева. Васильеву предложено место главного режиссера театра с сохранением зарплаты. Также ему предложено вернуться на должность худрука после завершения реорганизации театра. Связано это с тем, что когда Анатолий Васильев получил новое здание на Сретенке, то старое здание на Поварской улице он не захотел отдать городу. И все это происходит на фоне 20-летия театра, которое будет отмечаться в следующем году".
Тут требуется пояснение. Анатолий Александрович Васильев входит в TOP российских театральных деятелей мирового уровня, наряду со Львом Додиным, Петром Фоменко, Юрием Любимовым, бывшим "нашим" литовцем Някрошюсом. То есть речь идет о национальном достоянии и культурной летописи страны. До сих пор это было настолько очевидно, что заслуги Васильева перед родной культурой близко приняло к сердцу Московское правительство. Несколько лет назад, к 60-летию режиссера, ему построили за счет бюджета города огромное (более 10 тыс. кв. м) здание в самом центре столицы, на Сретенке. Внутри – чисто дворец; с такой репетиционной базой, что Большой театр позавидует. Построили и сказали – владей, Художник, радуй публику великими свершениями. Но не тут-то было!
Построили, поглядели – здоровенное здание стоит, значит, с 2002 г., а премьер в год по нескольку в нем что-то не наблюдается. Те спектакли, что Васильев делает со своей труппой, идут в основном на Поварской улице, в подвале. Сретенка, таким образом, почти круглый год "простаивает" и в лучшем случае служит арендованной сценой другим театральным проектам. Где отчетность? Куда пошли миллионы рублей? Надо разобраться.
Есть в этой истории и другие факты, о которых не комильфо рассуждать в правительствах. Главный, как всегда – полная актерская нищета в наших театрах. Она не компенсируется ничем, если театр не собирает тысячные залы, но этого в данном случае мало. Да, в нашем деле присутствует особый фактор: чуть ли не рабское существование в театре Васильева его подопечных. Этот несомненный факт объясняется тем, что Мастер сосуществует с учениками в непрерывном процессе постановки некоего большого спектакля под названием Театральная Жизнь. Актеры у Васильева не работают для того, чтобы жить, а живут, чтобы работать. "Школа драматического искусства" – это в буквальном смысле слова именно школа, в которой можно учиться всю жизнь, если хватит выдержки и упорства. Театр Васильева – своеобразный театральный монастырь. Репетиции идут как тренировки у советских хоккеистов в эпоху Тарасова – почти круглые сутки. Если ты не живешь в васильевском театре (а иногда и не умираешь) – тебе там делать нечего. Давно сложилось такое понятие, как "васильевский актер". Это человек, не служащий в театре под руководством Анатолия Александровича за зарплату, а артист, отдавший все ради одной-единственной цели: добавить славы великому режиссеру. Правда, и искусству в целом.
Вы не увидите большинство действующих васильевских актеров нигде, кроме его постановок. Исключения бываю в качестве огромного бонуса актерам – иногда их зовут в кино. Но мастер отпускает на съемки с таким скрипом, что многие предпочитают или вовсе уйти, или не сниматься. Его ученики, которые сейчас мелькают на экранах – Николай Чиндяйкин, Наталья Каляканова, Никита Тюнин и прочие, – это все "бывшие".
Дикое давление авторитета маэстро, вольно и невольно оказываемое на актеров в его "Школе", выдерживают единицы упертых – но, однозначно, подвижников. К таким относится прекрасный актер Игорь Яцко, которого лишь изредка можно увидеть во второстепенной роли в каком-нибудь "ментовском" сериале.
К психологическим трудностям прибавьте страшное безденежье – зальчик на Поварской вмещает человек 50 от силы. Билеты больше 200 рублей не стоят. Спектакли крайне редки. Гастроли тоже. Вопрос, тем не менее, остается: какова же мотивация труппы? Ну, кому-то из провинциалов Анатолий Александрович дает жилье в том самом доме на Поварской, где выкуплено несколько квартир. Кто-то сам стремится жить в этом импровизированном монастыре, где игуменствует гениальный режиссер.
И, главное, школа актерская у Васильева и впрямь очень сильна. Это вам не ГИТИС и прочие бессмысленные театральные институты, где годами вколачивается истерическое наигрывание по квазиметоду Станиславского. Актер после студии Васильева может абсолютно все, от восточных единоборств и акробатики до любых форм перевоплощения. И это тоже неоспоримый факт. Как и то, что те редкие постановки, которые все же идут в "Школе", – почти все признанные шедевры современного искусства.
Вместе с тем, Васильев давно продекларировал свое театральное кредо: ему вовсе и не нужен зритель. Его постановки – для тех, кто их играет. И, может быть, для нескольких посвященных, друзей, артистов. Ну, и для театралов до мозга костей. Много ли таких? Отсюда понятно, почему маленькая театральная "семья" в подвале Поварской не пользуется апартаментами на Сретенке. Камерность и тотальная изотеричность действа – важнейшая характеристика этого Театра.
Тогда вопрос: а зачем тогда вообще нужна эта самая гигантская Сретенка, из-за которой сыр-бор? Да просто все: где такому театру брать деньги? Как содержать такой вот "монастырь", не имея хотя бы какой-то недвижимости? И вот приходит чиновник с калькулятором и говорит: так, ребята, что за фигня? Рядом с Арбатом помещение сдайте, у вас и так у Садового квадратных метров хоть носом ешь. Режиссер, он же директор, он же все остальное, понятное дело, ни в какую. Это ж предложение типа: вот вам храм, молитесь, хоть лбы порасшибайте, а кельи для насельников отбираем. Что в итоге остается? Смотри исходную новость.
Ну, что: с точки зрения культуры – полный облом. Театра Васильева в том виде, о котором можно было говорить в мире ("Школа драматического искусства" – член Европейской Ассоциации театров), попросту перестает существовать. Денег нет, режиссер пускается по миру, ставится в условия, в которых он уже давно не умеет существовать, и театр его как артефакт искусства исчезает. Мэтр, скорее всего, если сочтет нужным продолжать работу, уедет на Запад, его актеры разбегутся кто куда.
С точки зрения "политической целесообразности", все деятели культуры должны быть поставлены в примерно одни условия. Все правильно. У многих театров ни одного здания, а тут целых два. Хотя, рассуждая таким образом, получаем именно то, о чем говорит сам Васильев: "Вы знаете, мне постоянно снятся сны, будто у меня зубы выпадают. Недавно у меня выпали все зубы во сне. Это очень дурной знак. Я это все прекрасно знал. Потом, бесконечные финансовые инспекции, проверки, то есть подготавливался компромат, в результате которого было понятно, что я буду лишен должности директора театра", – из вчерашнего интервью "Маяку".
Хочется лишний раз подивиться недальновидности нынешних хозяев страны. Много у нас таких культурных достижений, при которых закрытие "Школы драматического искусства" по мотивам "слишком жирно будет" останется незамеченным? Риторический вопрос. Всем понятно, что Даша Донцова по тиражам на сто порядков круче Саши Соколова, но в истории останется именно последний, а производителей "pulp" выкинут и забудут. Как понятно и то, что самый, пожалуй, великий русский режиссер второй половины ХХ века – Анатолий Эфрос умер 62-летним, гонимый и преследуемый советской властью. Я уж не говорю про первую половину века, когда большевики гениев отстреливали. Пачками.
И вот стоит ради относительно жирного кусочка московской недвижимости, даже понимая относительную справедливость упреков режиссеру, рушить те немногие культурные завоевания, которыми можно гордиться на современном этапе? Глупость и несусветность логики бескультурья и алчности ответственных товарищей не поддается оценкам. Жаль только, что история ничему их не учит. Одной рукой выбрасывать сотни миллионов долларов на реконструкцию театров (Большой, Маринка), а другой придушивать безответных актеров одного из лучших театров в государстве – дело невиданной глупости. Ну да ладно, Бог им судья. История всех рассудит.
Все новости...
