Хорошая речь современного государственного деятеля перед группой избирателей должна быть духоподъемна и лишена особого смысла. Особенно в эпоху политического "постмодернизма", победившего смысл. Поэтому если бы спичрайтеры вставили в речь Джорджа Буша перед выпускниками элитной военной академии в Уэст-Пойнте слова Сталина, начиная с "Братья и сестры" и заканчивая "Враг будет разбит! Победа будет за нами!", то в этом присутствовали бы дух времени и поэтическая справедливость. Особенно в контексте вчерашнего американского государственного праздника – Дня памяти.
Собственно, в упомянутом выступлении президент сильнейшей страны мира, ведущей постоянные войны с не совсем понятным противником и не слишком явными целями, сказал примерно то же самое, только другими (американским) словами. Вот этот ковбойско-мессианский набор. "Как и в эпоху холодной войны, мы сражаемся с последователями смертоносной идеологии, которая презирает свободу, подавляет любое инакомыслие, имеет территориальные притязания и преследует тоталитарные цели. Такому врагу может быть только один эффективный ответ: мы никогда не отступим, не пойдем на уступки и не согласимся на меньшее, чем на полную и безоговорочную победу. [...] Самый лучший способ для Америки почтить память павших героев – продолжить борьбу, защищая наши свободы и завершить ту миссию, во имя которой они отдали свои жизни. [...] Враги-террористы заметно отличаются от традиционного врага – у них нет ни столиц, ни территории, границы которой они бы защищали... Их нельзя сдержать, как оппонентов по холодной войне, но зато их можно уничтожить. (Насчет холодной войны: оппонент в ней (нас тогда было 250 миллионов) выжил только потому, что Америка боялась начать с ним войну "горячую". Ядерные удары, долженствующие послужить делу нашего с вами освобождения, предотвратил только советский тоталитаризм и его замечательные ученные, к примеру, отец нашей водородной бомбы академик Сахаров.)
Американцы устами президента в очередной раз напомнили, что ведут "священную войну". Враг настолько страшен, что почти не виден. Распознать его можно только по одному признаку: кого убивают, тот и враг.
Вообще воевать с террором – это все равно, что в чумном бараке лечить просто температуру, отдельно от болезни. Причем, добиваясь, чтобы у всех она была средней – для демократизма. Террор – это средство, к которому прибегают отдельные лица, организации и государства для достижения своих целей. Конкретнее – для достижения мировой исламской общиной мирового господства. Это еще называется джихад. Одним из основных деньгодателей и мозговым центром всего этого дела является единственное официальное ваххабитское государство – Саудовская Аравия. Но война-то идет не с саудитами! Хотя такие планы наиболее последовательной и фундаменталистской частью республиканцев тоже разработаны. Американцы устраняют естественных соперников Дома Саудов – сначала светскую диктатуру Саддама, а теперь нацелились на режим персидских шиитов. Причина этому – в тотальной финансовой повязке правящей республиканской элиты США (и лично семейства Бушей) с арабскими нефтяными шейхами. Добавим к этому, что у арабов в загашнике есть кое-что наподобие "оружия возмездия" – возможность (обоюдоострая) выброса на валютные рынки огромных свободных долларовых масс и возможность начать продавать нефть не за доллары. И то и другое подорвет главный инструмент мировой гегемонии США – доллар – и приведет американскую экономику к серьезнейшему кризису.
Так что рациональнее бегать в пещерах Афганистана за Усамой, заодно усиливая в десятки раз наркотрафик к нам с вами. Вообще же, как только смыслы национальные, геополитические подменяются на олигархическо-шкурные, сразу политика становится невнятной, "чужой": у террористов исчезает национальность, у мусульман – религия и т.д. И мы будем разгадывать речи глав государств на уровне оговорок и проговорок, прорывов коллективного политического бессознательного. Здесь нашим Фрейдом вполне может стать знаменитый немецкий военный теоретик XIX в. Карл Клаузевиц. Его максиму "Война – это продолжение политики иными средствами" пока за тоталитарностью не отменили. Может быть, задумавшись над тем, какую войну миру несут американцы, мы сможем предположить и стоящую за этим политику? Если так, то наше внимание не могут не привлечь следующие пассажи из той же речи Буша. "Два года назад я объявил о крупнейшей трансформации глобального размещения наших вооруженных сил с момента начала холодной войны... В течение предстоящего десятилетия мы выведем американские войска из гарнизонов "холодной войны" в Европе и Азии и передислоцируем их таким образом, чтобы они могли быстро выдвинуться в вызывающие беспокойство точки в любой части света. [...] Мы развернем усовершенствованный военный потенциал, который увеличит боевую мощь США по всему миру". Буш также добавил, что осуществляемый его администрацией план позволит вернуть домой до 70 тыс. военнослужащих.
Получается, готовясь к новой холодной войне, американцы зачем-то отказываются от части выигранного в старой – системы баз передового развертывания, нацеленных на Советский Союз. Только вот куда пойдут войска из гарнизонов Европы? Домой к Рождеству – не факт. А что, если на новую передовую, на границы России и Белоруссии? Вот, к примеру, и новехонький противоракетный щит от Ирана (?!) к 2011 г. развернут не где-нибудь, а в Чехии и Польше. Собственно, во всем этом ничего нового нет, так, лишнее подтверждение другой максимы – "горе побежденным".
А вот в уходе из гарнизонов холодной войны в Азии много интересного. Прежде всего, из каких именно гарнизонов – Японии, Южной Кореи, Юго-Восточной Азии в целом? Это вряд ли. С баз в постсоветской Средней Азии. Там у американцев явно не задалось. Узбеки их выставили из Ханабада; киргизы простодушно попросили за базу Ганси в сто раз больше, потому что денег надо. Американцы уже год минимум взвешивают возможность ухода из этого региона, сохранив за собой экономические и правозащитные рычаги влияния. Вот только геополитический вакуум силы в центре Евразии немедленно будет заполнен либо Россией, либо Китаем. Вообще, отсутствие упоминания Поднебесной в речи Буша само по себе красноречиво. Америка готовится к серьезному противостоянию с Китаем, и на этом фоне демонстративное оставление Средней Азии будет значить, что китайцам предлагается этакий намек на пакт Риббентроп–Молотов: указание на направление для экспансии, отвлекающее их от Тайваня и Юго-Восточной Азии в целом. Экспансии, которая, неизбежно усилив, займет Китай на то время, пока США не будут готовы: проведут перевооружение, обесценивающее китайские (а заодно и российские) возможности; установят контроль над ближним космосом и воплотят в жизнь пригрезившиеся Рейгану "звездные войны". В подобных идеях достаточно много американского, слишком американского – от нутряного политического изоляционизма до впитанного с первыми комиксами представления о войне за добро, – чтобы это оказалось правдой.
Собственно, американцы уже приступили к созданию армии добрых терминаторов. Их подтолкнул на это своеобразно преломленный опыт войны в Ираке, где оказалось, что за свои убеждения надо лить кровь, а города, как и прежде, берет пехота. Одними из первых стали машины типа Talon ("Коготь"), ранее использовавшиеся только для помощи саперам. Теперь их оснастили пулеметами, гранатометами и броней. Под присмотром оператора "Коготь" можно смело посылать на амбразуру: он будет первым проходить рискованные участки, атаковать огневые точки, проверять засады. Машина стоит $59 тыс., месячное содержание – как у солдата морской пехоты, и никаких страховок, вдов и цинковых гробов для транспортировки. Торжество гуманности.
По мнению известного американского аналитика Джона Пайка, "это просто новый этап в эволюции. Мы вступили на второй уровень: раньше воевал человек без робота, теперь – человек под руку с машиной; следующий шаг – автономные бойцы-роботы". Один из важнейших моментов для американского аналитика во всем этом: руками робота психологически легче будет убивать противника. А потом, по законам жанра, набрав "экспы", выйти на следующий уровень игрушки.
Этот вселенский комикс в головах, помноженный на безумные деньги, стоящие на кону, да на облегченный мессианизм вашингтонского ковбоя, дает нам в итоге простой и страшный набор политических стратагем. Все, что не есть Америка (она же Свобода), – враг. Победа будет достигнута, только когда все станет Америкой.
Это стратегия раковой клетки. Собственно, рак – это сбой в работе нормальной клетки, когда она в смертоносном безумии пытается заменить собой весь сложный живой организм. Чуме тут явно делать уже нечего... Многим она, пусть и террористическая, может показаться избавлением. Особенно, когда "Враг будет разбит, победа будет за нами!" начинает звучать, как американская поговорка "Кому суждено быть повешенным, тот не утонет".
Все новости...
