Для серебряного призера афинской Олимпиады Светланы Феофановой начинается новый спортивный отсчет. После Игр в Афинах она пропустила сезон из-за травмы. Потом вернулась, успешно выступив на чемпионате России и завоевав путевку на чемпионат мира, который проходил в Москве. Для кого-то, выступив там и заняв третье место с результатом 4.70, она оправдала ожидания, для кого-то – нет. Сама же осталась довольна и заявила о подготовке к летнему сезону. Чем, собственно, сейчас и занимается...
"Yтро": Света, сначала о больном. Как спина поживает?
Светлана Феофанова: Ничего поживает. С переменным успехом. Боль пока есть, но спина беспокоит не до такой степени, чтобы дергаться и переживать.
"Y": Вообще, когда знающие люди слышат "межпозвоночная грыжа" и "прыжки с шестом", они качают головами, мол, нагрузка на спину довольно большая, может и здоровью повредить.
С.Ф.: Уже повредила. Но это все решаемо. Конечно, после такого диагноза пришлось внести некоторые корректировки в тренировочный процесс. Так, некоторые упражнения исключили полностью, некоторые просто облегчили. Корректировка коснулась тех видов, в которых включалась именно спина, где одно неверное движение могло привести к тому, что все заболит заново. Хотя врачи мне сказали, что состояние, в котором моя спина оказалась, уже не вернется...
"Y": Если суммировать, то сколько в итоге вы провели вне официального сезона?
С.Ф.: После Афин был зимний сезон. Я его пропускала не из-за травмы, а потому, что хотелось отдохнуть. Провела два соревнования, потом стала готовиться к летнему сезону, ну и дальше сами знаете – нигде так и не выступила. Сколько пропустила? Наверное, год. Потому что по нашему легкоатлетическому рейтингу должно быть 5 соревнований, у меня оказалось 2, так что фактически меня пока нигде нет.
"Y": Самый тяжелый психологический момент во время этого вынужденного перерыва...
С.Ф.: Не было никакой депрессии, никакого упадка, даже мыслей "Все, это конец!". Видимо, столько усталости накопилось, что я не могла сказать, что рвусь в бой. Да, я была готова очень хорошо, а потому мне искренне было жаль своего труда. Я пропускала соревнования и фактически понимала, что все это время работала зря. Но до того момента, как все это случилось, тренировалась в полную силу. Впрочем, как и сейчас. Вместо соревнований у меня были проблемы со здоровьем, с ними-то я и боролась.
Но ведь ничего такого страшного не произошло. Вот болят у людей зубы, никто же не паникует. Сейчас все вылечивается. Так что вопрос о том, чтобы заканчивать со спортом, даже не поднимался. Все, кто был рядом со мной, меня поддерживали, подбадривали: "Вот сейчас подлечишься, потом прыгать начнешь, а пока отдохни". И они были правы. Ведь десять сезонов подряд – это серьезно. Значит, организму просто потребовался перерыв.
Фото: Юрис Вулис
"Y": Отдохнули. Имидж изменили – на чемпионате России многие не сразу вас узнавали. Светлана, а в какой момент пришла идея сменить прическу?
С.Ф.: Я сделала модельную стрижку. Вообще, я пробовала разное с волосами делать и не одну стрижку на себя примерила. Я нашла своего парикмахера, своего стилиста, которому доверяю и который еще ни разу не сделал мне такую прическу, которая мне бы не понравилась.
"Y": Летний сезон где думаете начать?
С.Ф.: На чемпионате России. А так, в основном коммерческие старты планирую. Но над этим вопросом работает менеджер.
"Y": Но сами-то принимаете участие в выборе?
С.Ф.: Работа по выбору – совместная. Поступают предложения, от некоторых мы отказываемся, с некоторыми торгуемся. Это своего рода бизнес, там больше деловые, чем спортивные отношения. Своеобразная торговля: менеджер продает спортсмена. Существует ценовая планка, ниже которой атлет не опускается. У каждого своя цена.
За столько лет работы у нас уже сформировался список соревнований, которые распределены по категориям. Есть такие, где к нам хорошо относятся, и такие, к которым хорошо относимся мы. Есть те, организаторы которых выручали нас, или, наоборот, на помощь устроителям приходили уже мы. Но есть и такие старты, которые по денежным меркам не самые богатые, однако организаторы из кожи вон будут лезть, лишь бы заполучить спортсмена с именем. Это политика. Тут своя каша, в которую я стараюсь не лезть. Меня просто спрашивают: "Поедешь? Такую-то сумму предлагают". Я: "Ну давайте еще потянем...". Тут тоже своя кухня – или ты дожимаешь организаторов, или они тебя.
"Y": А не мытьем, так катаньем Светлану Феофанову пронять можно?
С.Ф.: Если проблема только в сумме, которую надо заплатить, я знаю, что организаторы всегда изыщут недостающее, если спортсмен им очень нужен... А вообще, все довольно запутано. Просто иногда бывает лучше от чего-то отказаться. Тут такой момент, тонкий... Ведь организаторы друг с другом связаны, и если один покупает тебя за меньшую стоимость, то и другие уже не захотят платить. То есть "Мерседес" стоит столько-то, "Нисан" – столько-то. При покупке можно попросить скидку, но нельзя же хорошую машину покупать за бесценок.
"Y": Кстати, о машине. Вы – дама за рулем. По Москве не страшно ездить?
С.Ф.: Когда только права получила, думала – ой, да ну, зачем мне все это?! Лучше на метро. Там такого безобразия нет, да и безопаснее. А сейчас уже восьмой год за рулем, привыкла. Не могу назвать себя опытным водителем. Ляпы тоже бывают, но я считаю, что вожу хорошо.
"Y": Вы очень любите лошадей – это ни для кого не секрет. А если обобщить – кого вы любите больше: животных или людей?
Фото: Юрис Вулис
С.Ф.: Смотря каких людей, смотря каких животных... В людях не приемлю скупость. Жадность. Желание нажиться за счет другого. Я сейчас говорю о близких, а не о каких-то посторонних. Не люблю, когда врут. В глаза...
"Y": А за глаза?
С.Ф.: Понимаете, вот если какой-то не имеющий ко мне отношения человек скажет где-то там, что я такая-сякая, мне будет все равно. А если точно так же сделает тот, кто мне близок, то, безусловно, будет и больно, и неприятно. Пусть уж лучше все выскажет в глаза. Я вообще предпочитаю, чтобы правду мне говорили в лицо. Какая бы это правда ни была.
"Y": Света, а есть что-то такое, чего бы вы никогда не смогли простить близкому человеку?
С.Ф.: В принципе, наверное, такого нет. Я могу дуться, но недолго. Как меня можно обидеть? Обманом, скорее всего. Причем, не просто враньем, а долгим осознанным обманом. Тут нужно рассматривать конкретную ситуацию, потому что вот так вот бросить: "Не прощу никогда" – это опрометчиво. Хотя я не могу сказать, что сумела бы простить измену. Да, если я очень люблю человека, если его поступок чем-то оправдан, если мои собственные чувства настолько сильны, что я окажусь способной через это перешагнуть, то прощу. А если я не люблю, то, конечно, пошлю его далеко и надолго и даже жалеть об этом не буду. И потом, если такое произойдет один раз за всю жизнь – можно понять. Два? Тоже. А если больше, то это уже закономерность. Кому будет приятно, что измена – в порядке вещей? Никому! И тогда стоит задаться вопросом: а имеет ли смысл жить с таким человеком? Он же может не только изменить. Он может предать, бросить...
"Y": Ладно, с людьми закончим. А что с лошадьми? Знаете, есть такое поверье: как женщина относится к лошадям, так она относится и к мужчинам.
С.Ф.: К сожалению, лошади у меня нет. Поэтому сравнить отношение к ней и к мужчине я не могу. Но лошади мне действительно нравятся – красивые, грациозные, благородные. Я довольно неплохо держусь в седле...
"Y": Было желание попробовать что-то вроде конкура?
С.Ф.: Лошадь, какая бы объезженная она ни была, это животное. А любое животное непредсказуемо. И сбросить может. И лягнуть. Мне мое здоровье еще нужно. Вот когда со спортом закончу – тогда пожалуйста: и ролики будут, и велосипед, и конный спорт.
"Y": Неужели вы себя в этом плане так сильно оберегаете?
С.Ф.: Так я же живу за счет того, что у меня руки-ноги целы. Я зарабатываю себе на жизнь какими-то физическими усилиями, а не головой (хотя нет, и головой тоже дорабатываю), поэтому стараюсь исключить любую возможность получить травму, заболеть. Это же выбьет меня из колеи.
"Y": А с парашютом бы прыгнуть рискнули?
С.Ф.: Знаю, что смогла бы, но делать этого никогда не стану. Потому что риск того, что он не раскроется, существует. Какие бы гарантии ни давали, как бы ни был хорош инструктор, но теорию вероятности никто не отменял. Вот попадешь ты в этот один раз из десяти тысяч – и что?
"Y": То есть экстрим вообще не для вас?
С.Ф.: Я гоняю на машине. Ужасно. Катастрофа. Не знаю, что с этим делать. Если бы у меня была машина какая-нибудь спортивная или гоночная, я, может быть, уже и разбилась бы давно. Типун мне на язык. Но так как она не поддерживает стиля моей езды, то все нормально. Вот, видите, рискую. На дороге. Иногда почем зря. Это когда одна в машине. Но когда я еду с кем-то, то ничего подобного себе не позволяю.
"Y": Это правда, что одна из ваших любимых книг – "Мастер и Маргарита"?
С.Ф.: Где вы это прочитали?
"Y": Перед чемпионатом мира в Москве выходил журнал "Московская легкая атлетика", и там в вашей анкете было написано: любимые книги – "Мастер и Маргарита", "Война и мир", фильмы – "В джазе только девушки", "Служебный роман", весь Чарли Чаплин...
С.Ф.: А, я тоже читала. У меня довольно много любимых книг, много любимых фильмов. Причем, разного жанра. Я не могу сказать, что мне не нравится "Служебный роман", но мне также нравится "Очень страшное кино"... Обожаю комедии, триллеры. Я бы не хотела выделять категорию фильмов или книг под определение "любимые". Да, у меня есть коллекция фильмов Чаплина, но это еще не значит, что я его жуткая фанатка. Еще имеется полное собрание Джеймса Бонда. А вот чего я не люблю, так это драмы, мелодрамы всякие...
"Y": Настолько сентиментальны, что боитесь расплакаться из-за судьбы героев?
С.Ф.: Драм и в жизни хватает. Я все принимаю очень близко к сердцу. И знаю, что если стану такое смотреть, то обязательно пропущу через себя, буду переживать, страдать, хотя и знаю, что это всего лишь кино и страдания скоро пройдут сами собой. А вообще, по натуре я человек жизнерадостный, так что и смотреть на экране мне лучше что-то такое веселое и жизнеутверждающее.
Все новости...
