Говоря о том, что москвичей испортил квартирный вопрос, классик не подозревал, насколько провидческими окажутся его слова. Хронический недостаток жилья давно является проблемой российской столицы, и ее решения в ближайшее время не предвидится. В ситуации, когда цена средней квартиры в типовой московской "панельке" приближается к стоимости респектабельного меблированного жилья в европейских столицах, москвичам и городским властям есть о чем задуматься. Причем, если главной задачей тех, кто в сложившейся ситуации все-таки решился обзавестись квартирой, будет являться поиск соответствующей кругленькой суммы, то на плечах города лежит еще и ответственность за десятки тысяч очередников, которые не смогут заработать таких денег. Не надо быть экспертом в области недвижимости и городского хозяйства, чтобы понять, что единственным решением проблемы может быть только увеличение объемов строительства. Строить в Москве, вне всякого сомнения, умеют. Проблема в другом – для этого необходимы новые площадки, но свободных участков под массовое строительство в столице практически не осталось. Главным резервом остаются либо освобождающиеся под жилищное строительство территории промышленных предприятий, либо районы ветхой (преимущественно "хрущевской") застройки в черте города, либо участки с внешней стороны МКАД. Благодаря быстрому освоению таких прилегающих территорий, строительство на которых несколько дешевле "точечной" застройки в обжитых районах, городу удается ежегодно вводить в эксплуатацию 4-5 млн кв. м жилья и постепенно двигать двухсоттысячную очередь.
И тем не менее, подобная схема решения жилищного вопроса рискует оказаться под угрозой. Конфликт, разгоревшийся в поселке Южное Бутово, в обозримой перспективе может существенно осложнить общую ситуацию на рынке жилья, а в ближайшее время – уже точно "подвесить" перспективу получения квартир сотнями семей.
Вряд ли стоит в очередной раз возвращаться к хронологии конфликта, сотни раз пересказанной телевизионными каналами и досконально расписанной газетами. Прискорбно то, что в большинстве случаев суть проблемы преподносится весьма субъективно. Создается ощущение, что подавляющая часть пишущей и снимающей братии использует старый большевистский принцип: несколько человек, собравшихся побузить, – это непременно "народ"; буза – это вовсе не буза, а "борьба за правое дело"; ну и, разумеется, "народ" всегда прав. Большинству читателей и телезрителей неохота доискиваться сути проблемы, куда проще возмутиться творящимся "произволом" и – переключить канал или перевернуть страницу. Между тем, за обывательской солидарностью с "борцами за правое дело" многие просто не замечают не самых благоприятных последствий, к которым может привести бутовский конфликт. Если трезво взглянуть на происходящее, достаточно быстро можно прийти к выводу, что это отнюдь не конфликт между народом и властью, а борьба довольно узкой группы лиц за вполне конкретные частные интересы. Налет героизма с действий ряда бутовских "аборигенов" слетает после того, когда узнаешь о том, что бутовцами многие из них стали, купив некоторое время назад по полтора-два квадратных метра здешней жилплощади с той целью, чтобы при расселении поселка потребовать с города новые квартиры. И это при том, что в очереди на получение жилья стоят сегодня около 200 тыс. московских семей.
Поводом для спекуляций стали и небольшие приусадебные участки бутовцев. Многим не дает покоя тот факт, что стоимость этих участков измеряется тысячами, а то и десятками тысяч долларов за сотку. В теории это действительно так, но только в теории. Люди упрямо пытаются требовать от города огромных компенсаций за утраченные участки, так до конца и не осознав разницы между понятиями оценочной и реальной стоимости. Более того, значительная часть участков под домами бутовцев не является их собственностью, в связи с чем любые претензии жителей к властям по этому поводу абсолютно незаконны.
Наиболее четко охарактеризовал ситуацию, сложившуюся вокруг требований жильцов выплатить им баснословные суммы, депутат Мосгордумы, председатель комиссии по перспективному развитию и градостроительству Михаил Москвин-Тарханов: "Люди стали заложниками авантюристов, земля там стоит по кадастровой стоимости $9 тыс. за сотку, в лучшем случае на аукционе ее можно продать за $30 тысяч. Если у человека есть несколько соток, то ему лучше взять новую квартиру, потому что и прав-то реальных у него на эту землю нет, а есть только условное право получить эту землю в собственность при условии проведения межевания и на основании специальных решений".
Конечно, в числе протестующих против сноса поселка не только расчетливые и циничные спекулянты. Кто-то действительно за долгие годы основательно прикипел к этим местам и теперь не хочет их покидать. "Нам не нужны квартиры. Мы хотим остаться жить здесь. Нам ничего не надо", – так объяснила вестям причину своего нежелания переезжать в городскую квартиру наиболее известная героиня бутовских событий Юлия Прокофьева. Чисто по-человечески это вполне понятно. Однако этим людям стоило бы осознать, что даже если по каким-либо невероятным причинам кому-то из них удастся сохранить свой "домик в деревне", со строительством здесь нового района от прежней жизни не останется и следа. А расходы на содержание дома возрастут многократно, так как жизнь в новых условиях потребует от домовладельцев всевозможных дополнительных затрат на проведение коммуникаций и многое другое, за что ранее платить не приходилось.
Стоит заметить, что спорные ситуации между горожанами и строителями для Москвы не редкость, равно как и попытки шантажа городских властей со стороны жителей расселяемых зданий и районов. Эта практика свойственна всем крупным городам мира, и Москва здесь не исключение. Та же практика показывает, что подобные споры решаемы путем переговоров, благо законодательство в данном случае на стороне граждан. Довольно часто получается так, что в результате расселения семьи становятся обладателями жилплощади, которую они вряд ли могли бы себе позволить при других обстоятельствах.
Бутовский же конфликт в некотором роде уникален, ибо из-за его высокой политизации слишком многим стало выгодно его затягивание. Одни продолжают надеяться на то, что, раздув шумиху вокруг "произвола властей", за свои 1,5-2,0 кв. м жилплощади им действительно удастся выбить из властей новые квартиры или щедрые отступные. Другие упиваются грандиозной бесплатной рекламной кампанией своих персон или политических объединений. Так, например, если еще совсем недавно в представлении большинства россиян Общественная палата оставалась своеобразным "черным ящиком", с непонятными функциями и полномочиями, то сейчас вся страна узнала о том, что в ее состав входят известные юристы, журналисты и прочие видные деятели, денно и нощно радеющие об интересах простых граждан. Нюанс в том, что благодаря этим радениям, сводящимся в основном к мельканию одних и тех же лиц в объективах телекамер, нескольким сотням семей очередников придется еще довольно долго сидеть на чемоданах в ожидании квартир. Интересным штрихом, характеризующим кампанию по "защите" бутовцев, развернутую некоторыми депутатами и Общественной палатой, стало примыкание к ним "нацболов", АКМ и других политических аутсайдеров. В этом нет ничего удивительно, так как лучшего места для шумной, а главное, бесплатной рекламы подобного рода "политических" движений найти сейчас просто невозможно.
Стоит, правда, отметить, что в политических кругах начинается постепенное осмысление того, куда может завести подобного рода самодеятельность. На днях Госдума отказалась рассмотреть на пленарном заседании предложение депутата о включении в повестку проекта обращения к премьеру Фрадкову по поводу ситуации в Южном Бутове. Возможно, это первый шаг к тому, чтобы перейти от политиканства к реальному решению проблемы. По крайней мере, несмотря на продолжающийся конфликт, все большему количеству жителей удается уладить спор путем переговоров с городскими властями и въехать в новые квартиры. Так, 211 из 318 собственников жилых домов в поселке Бутово уже согласились занять предоставленные городом квартиры. К чести московских властей стоит отметить, что несмотря на имевшие место протесты, они по-прежнему намерены вести переговоры с каждой семьей до полного разрешения спора. "Говорят, что если десятки тысяч "за", а 2-3 человека "против", то проблему можно решить. Но теперь мы говорим, что даже если 2-3 человека против, их надо услышать и решить эту проблему так, чтобы удовлетворить интересы всех", – так обозначил позицию города по данному вопросу глава столичного стройкомплекса Владимир Ресин.
Несмотря на то, что конфликтная ситуация пока далека от разрешения, есть основания считать, что само решение уже не за горами. В свою очередь, события в Южном Бутове поставили много вопросов и проблем, которыми стоило бы озаботиться как властям всех уровней, так и простым гражданам. Конфликт показал, что раздутый и отрежиссированный спор, подчиненный интересам узкой группы лиц, может стать крайне опасным прецедентом, жертвами которого, в конечном счете, окажутся ни в чем не повинные люди, годами ждущие своих квартир.
Все новости...
