О введении в российских школах курса "Основ православной культуры" говорят давно. Говорят с придыханием, благоговением, раздражением, пеной у рта, мечтательно и удрученно. Полемика в газетах вокруг пресловутого учебника Аллы Бородиной началась около двух лет назад, однако тему начали развивать еще с начала 2000-х годов.
Попробуем разобраться в плюсах и минусах наличия ОПК в наших школах. Итак, прежде всего, следует различать собственно религиозное образование и образование культурологическое. Первым ведают воскресные школы, медресе, катехизаторские курсы и прочие структуры разных конфессий, занимающиеся религиозным просвещением. А вот культурологию можно преподавать в государственной школе, Конституция не возражает ни одной своей статьей – ведь это обычный школьный предмет. Так, по крайней мере, заявляют сторонники введения ОПК. Набор их доводов достаточно прост.
Православную культуру следует изучать: во-первых, потому что культура России – в основе своей православная и невозможно понять ни литературы, ни истории нашей многострадальной родины без базовых знаний о православии; во-вторых, большинство населения причисляет себя к православным, а что есть демократия как не воля большинства? Меньшинству же всегда будет полезно узнать, чем живет и дышит большинство. Второстепенный аргумент, которым, впрочем, довольно часто оперируют защитники "Основ", – это непременный подъем нравственности в школах, стоит лишь начать преподавать ОПК.
Набор возражений, который приводят их оппоненты, тоже прост и логичен. Во-первых, не понятно, как можно вычленить отдельно православную культуру из общего поля русской культуры. Знания о православии равномерно распределены по курсам литературы, истории, истории искусств и попытка преподавать, допустим, отдельно некого православного Пушкина выглядят достаточно глупо. А как преподавать Льва Николаевича с его явной оппозицией тогдашнему официальному православию? Это же огромный соблазн для учителя – дать оценку заблуждениям великого графа. Во-вторых, понимание демократии как воли большинства весьма архаично и восходит еще к греческим полисам. Если обязательное преподавание ОПК может нанести вред хоть одному ребенку другого вероисповедания, его нельзя вводить. И в странах Запада уже давно к голосу меньшинства прислушиваются с большим вниманием. Но у нас правильная демократия, и на этот счет двух мнений быть не может.
Наконец, совершенно непонятно, как знание об аркатурно-колончатом пояске или догмате Троицы сможет повысить нравственность школьников. Подобный аргумент выдает подлинный смысл, который вкладывается в содержание курса ОПК: это курс вероучения и христианской этики. Только такой предмет может оказать какое-то влияние на моральный уровень учеников. Культурология на подвиг сей неспособна – она информативна, а не назидательна.
Аргументация обеих сторон за годы полемики отточена и известна, но никакого согласия так и не достигнуто. Дело в том, что его, этого согласия, никто и не ищет. Втихомолку регионы вводят в обязательном порядке свои, региональные компоненты – разного рода "духовное краеведение", как обмолвился один из чиновников Минобрнауки. Само министерство в лице министра Фурсенко подчеркнуто дистанцируется от "православных основ". Иерархи церкви в приватных беседах вздыхают – "нам бы Закон божий, а не эти основы". Противники ОПК митингуют и рассылают воззвания "против клерикализации образования". А караван тем временем идет.
В этом году Белгородская и Брянская области ввели обязательное изучение ОПК. В Белгородской области дети учат "Православную культуру" со второго по одиннадцатый классы, в Брянской – только в младших классах. Правда, как пояснили в Минобрнауки, "обязательность" этих занятий заключается в том, что они включены в учебный план, но дети, если захотят, могут на них не ходить. Просто в аттестате напротив этого предмета будет стоять прочерк. О лукавстве этого объяснения можно и не говорит – куда денется один ребенок, когда весь его класс после математики в середине дня пойдет – ОПК? А как он себя будет при этом чувствовать? Словосочетание "диктат большинства" чиновникам от Минобрануки, очевидно, незнакомо.
Кроме этих областей, почти в каждом втором регионе есть подобный патриотически-исторически-культурный предмет – "духовное краеведение", где в той или иной степени присутствует религиозный элемент.
Самый большой минус такого ползучего внедрения – некомпетентность и безграмотность преподавателей. Не секрет, что такого рода предметы – это подработка для учителей, у которых мало часов, просто возможность заработать немного. О какой же культурологической квалификации можно говорить?
Так как уберечь своего ребенка от рассказов про матушку Матрену или сакральный смысл крашеного яичка? Диакон Андрей Кураев видит спасение в грамотном учебнике ОПК, который не даст учителю свернуть в дебри обрядового православия. Кто-то, как протоирей Максим Козлов, настоятель домового храма при МГУ, уповает на некую систему строго контроля за учебным процессом, дабы избежать, выражаясь словами Аллы Бородиной, "религиозного насилия над ребенком".
Но талантливый учебник надо еще написать, систему разработать, а ОПК уже шагает по стране. И стоят у доски далеко не дьяконы Кураевы.
Дети – не заготовки, школа – не токарный станок, и обтачивать их морально не должна. Попытка возложить на нее еще и эти задачи – заведомо провальная. Таким образом, и православная церковь, и те родители, которые ратуют за введение ОПК или иного религиозно направленного предмета, расписываются в собственном бессилии. Церковь признает, что сама не может нести слов Божие в мир, и хотела бы возложить эту задачу на государство, а родители отказываются быть моральным примером для своих детей. Ведь много сотен лет, как известно, что воспитывают не слова или картинки, а только поступки.
А с этим, увы, у нас в стране туговато – никто ответственность на себя брать не хочет.
Все новости...
