Нынешний конфликт между Россией и Белоруссией может стать ключевым моментом, определяющим отношения двух государств на ближайшие годы и, в конечном итоге, похоронить прежние планы по образованию единого союзного государства. За новыми схемами тарифицирования газа и нефти, поставляемых из России в Белоруссию или прокачиваемых через ее территорию в Европу, большинство экспертов видят нечто большее, чем просто экономическую войну Минска и Москвы. По сути, речь идет о серьезной трансформации геополитической доктрины России, более-менее последовательно реализуемой все последние 15 лет.
Белоруссия стала четвертой страной СНГ после Грузии, Украины и Азербайджана которые за последние полтора года однозначно дали понять о своем неприятии взятого Россией курса на внешнеполитический и внешнеэкономический реализм. Обострение отношений с каждым из перечисленных государств всякий раз случалось по различным причинам. Однако ситуация с Азербайджаном и Белоруссией выглядит особенной: ведь в обоих случаях в прошлом речь всегда шла о достаточно лояльных и конструктивных для России режимах, договориться с которыми представлялось делом нетрудным. Но все поменялось: совершенно разные и непохожие друг на друга Баку и Минск заговорили на одном языке. Баку с начала этого года прекратил транспортировку нефти по трубопроводу Баку - Новороссийск "в связи с переориентацией энергетического баланса республики с газа на мазут". Собственно по той же причине Минск потребовал от России задним числом (с 1 января) оплачивать прокачку своей нефти по территории Белоруссии .
Природа энергетических споров Москвы и зависящих от ее энергетических поставок стран СНГ вроде бы проста – это переход на сугубо прагматические торговые экспортно-импортные рельсы. Однако подобный курс России не может не привести и к кардинальному пересмотру ее стратегического взаимодействия с указанными странами. При всех усилиях официальных российских лиц не придавать происходящему политический аспект, обойти его действительно невозможно. И ситуация с Белоруссией тут особенно наглядна. Минск говорит, что предъявлять ему мировые цены на энергоносители странно, так как речь идет об отношениях между субъектами союзного, а в перспективе – единого государства. К тому же, говорит президент Лукашенко, его страна прежде ничего не брала с России ни за аренду земли, лежащей под транзитными трубами, ни за российские военные объекты, расположенные на территории республики – и именно на указанных выше основаниях.
Однако, похоже, для Москвы апелляция ко все более призрачному союзу больше не является аргументом. Российские власти решили сделать нынешний момент – время наибольшего для страны благоприятствования в области экспорта энергоносителей – "нулевой отметкой" на пути выстраивания новых, лишенных прошлого дисбаланса, отношений с бывшими республиками бывшего СССР.
О плюсах подобной стратегии представили Кремля и Белого дома говорили неоднократно. Экономическая прозрачность в отношениях со странами-партнерами в перспективе гораздо более действенна, чем практика личностного "взаимозачета", кстати, мало к чему обязывающая.
Но это – в перспективе, причем – объективно отдаленной. Сегодня же речь идет о сильно потрепанном имидже страны на Западе, к мнению которого Москва не может не прислушиваться. Антироссийская кампания в иностранных СМИ сводится, по сути, к обличению потенциальной угрозы со стороны Москвы как недобросовестного поставщика энергоносителей для Запада. То, что газовые и нефтяные конфликты чаще всего провоцируют страны, обеспечивающие транзит, мало кого волнует – в конечном итоге, это проблема самой России, которая вольна находить себе надежных партнеров или оптимальные транзитные схемы, если дорожит высокими доходами.
Не секрет, что к президенту Белоруссии в Европе и в США относятся, мягко говоря, не ласково. И сегодняшний энергетический конфликт между Москвой и Минском не станет отправной точкой для политического сближения Минска и Брюсселя или Минска и Вашингтона. Однако непредсказуемость Александра Лукашенко становится большой проблемой для самой Москвы, которая в глазах Запада несет полную ответственность за своего давнего союзника. Теперь реакция России на политическое давление Европы или США в сторону Белорусси может быть и не столь решительной, не столь последовательной, как это было прежде. А это, в свою очередь, может привести к чему угодно – и к установлению в Белоруссии по настоящему диктаторского режима, и к беспорядкам в этой стране, инспирированным с большей смелостью внешними силами.
Очевидно, что по настоящему содержательно и полновесно Россия и Белоруссия между собой не договорятся до тех пор, пока во главе двух государств стоят их нынешние лидеры. Президентский срок Лукашенко заканчивается в 2011 г., Путина – в 2008 году. Возможно, что за оставшийся год с небольшим их параллельного правления Москва сделает все возможное, чтобы опытный и энергичный белорусский лидер не смог отыграть ситуацию в свою пользу уже при преемнике нынешнего российского президента. А это значит, что в ближайшее время вполне можно ждать достаточно жесткого размежевания "союзников".
Все новости...
