Жизнь как чудо (Zivot je cudo) Сербия и Черногория – Франция, 2004 Режиссер: Эмир Кустурица В ролях: Славко Штимач, Наташа Соляк, Весна Тривалич
Произведение искусства нужно для того, чтобы сообщать зрителю, читателю, слушателю, счастливую уверенность в том, что в окружающем их мире присутствует хоть какая-то гармония и смысл. Развлечение – только вторая, куда менее важная задача, выходящая на первый план просто потому, что наполнить кадр оптимизмом труднее, чем компьютерными эффектами.
Очень немногим удается выполнить обе задачи. К числу этих немногих относится Эмир Кустурица, который в своем новом фильме "Жизнь как чудо" сплетает сцены и детали, слова и героев в том, что он сам называет "общество организованного хаоса", мастерски доказывая снова и снова, что где аукнется, там и откликнется.
Жителей маленького боснийского городка в горах больше занимает ремонт железной дороги, чем надвигающаяся война. Но война приходит и полностью меняет жизнь инженера Луки. Его жена-певица сбегает с усатым румыном, сына забирают в армию, а в его доме появляется пленница – мусульманка Сабаха.
Кустурице всегда удавались многофигурные брейгелевские композиции: деревья, дома, люди и звери, все вместе, словно части одной головоломки. Вечно ждущая поезд плачущая ослица так и не погибнет под ним от несчастной любви, кошка с собакой, почти говорящие, до конца фильма не решат, друзья они или враги, футбольный матч будет походить на битву, а военные действия – на трюк с робингудовским яблочком.
В смене времен года режиссер спрячет две самые расхожие метафоры жизни и смерти – тоннель и рождение ребенка, так же, как среди "бытовухи" – мимолетный комментарий в адрес масс-медиа (жизнь заведомо сложнее любой попытки ее отобразить), а в метких фразах остроумных диалогов – самые важные слова, например, "умирать не больно, а вот жить...".
Кустурица знает – кому, как не ему, знать. Он двадцать лет говорит про то, что жизнь и смерть рядом и неразрывны, и рассказ об этом может вместить в себя что угодно, вплоть до цитат из The Doors и отсылок к средневековому эпосу. В "Жизни как чудо" снова никуда не деться от его фирменной фантасмагории – кокаиновых дорожек на рельсах, медведей, купающихся в ванной, играющих на саксофоне градоначальников. Абсурд, сумасшедшинка – часть существования героев Кустурицы, как и музыка, необходимая, словно воздух или вода. Когда музыка уходит, ее место занимает шум стрельбы и разрывы снарядов, которые делят фильм ровно на две половины – "до войны" и "война". Война как одно из проявлений жизни, которая в любом случае – чудо.
Кустурице всегда удавались многофигурные брейгелевские композиции: деревья, дома, люди и звери, все вместе, словно части одной головоломки. Вечно ждущая поезд плачущая ослица так и не погибнет под ним от несчастной любви, кошка с собакой, почти говорящие, до конца фильма не решат, друзья они или враги, футбольный матч будет походить на битву, а военные действия – на трюк с робингудовским яблочком.
Кустурица знает – кому, как не ему, знать. Он двадцать лет говорит про то, что жизнь и смерть рядом и неразрывны, и рассказ об этом может вместить в себя что угодно, вплоть до цитат из The Doors и отсылок к средневековому эпосу. В "Жизни как чудо" снова никуда не деться от его фирменной фантасмагории – кокаиновых дорожек на рельсах, медведей, купающихся в ванной, играющих на саксофоне градоначальников. Абсурд, сумасшедшинка – часть существования героев Кустурицы, как и музыка, необходимая, словно воздух или вода. Когда музыка уходит, ее место занимает шум стрельбы и разрывы снарядов, которые делят фильм ровно на две половины – "до войны" и "война". Война как одно из проявлений жизни, которая в любом случае – чудо.
Все новости...
