Актер с принципиальной мудростью

Актеру Виктору Сергачеву, соратнику Ефремова, стоявшему у истоков театра "Современник" и последовавшему за мастером во МХАТ, сегодня исполняется 70 лет




Говорят, в "Современнике" он играл гениально. Его эпизоды врезались в память на годы, а уж большие роли становились театральным событием и входили в энциклопедии. Таков, например, был его Министр нежных чувств в легендарном "Голом короле". Актер крадучись выходил на сцену, преломлялся пополам и доверительно шептал в зал: "Мы в лесочек не пойдем, нам в лесочке стра-а-а-а-ашно!" Он мог довести до истерического смеха и зрителей, и партнеров, а сам не "кололся" никогда. Сегодня ему 70. Я говорю о Викторе Сергачеве.

Юбилеев нынче много, особенно у эстрадников. Кому – 25, кому – 27, кто отмечает 19 лет творческой деятельности, кто – 31 год со дня исполнения своей 11-й песни. У Владимира Винокура, например, в каждом сезоне какой-нибудь юбилей, который он отмечает в концертном зале "Россия". Сегодня у входа в это здание, пожалуй, и плюнуть негде – весь асфальт в звездах. Остался ли кто-нибудь, не увековеченный? Есть национальные достояния и в театре, и в кино, их мы тоже чествуем всей страной, лопаясь от пафоса. А есть такие, которые не на слуху, которым ничего этого не надо. Они вошли в историю скромно, не привлекая особого внимания.

Назовите тех, кто придумал и создал театр "Современник"? Правильно, Олег Ефремов. А еще кто? Их было шестеро, и среди них – Виктор Сергачев. Эта шестерка определяла репертуар, набирала труппу, принимала любые важные административно-творческие решения, порой споря до хрипоты ночи напролет. Все вместе они отказались от почетных званий, вместе снялись в фильме "Строится мост", вместе и растерялись после ухода Ефремова, а потом разбрелись кто куда. Сергачев первым отправился вслед за Учителем во МХАТ и остался верен идеалам "Современника" по сей день. Остальные занялись собой. Звания, ордена, почетные премии, квартиры, машины, дачи.

"Люди повзрослели или даже постарели, - вздыхает Виктор Николаевич. – У них поменялась жизненная программа. Когда актер озабочен жизнеустройством, творчество кончается. Это две вещи несовместные".

Если в юности Олег Табаков говорил о Викторе Сергачеве, что этот студент уже тогда был "чрезвычайно погруженным в немереную сложность избираемой профессии", то с годами Виктор Николаевич только усугубил это погружение. Теперь он знает о профессии все. Поэтому "новая режиссура" прибегает к его услугам редко. Новый стиль работы в театре предполагает стремительность, поверхностность, внешнюю броскость, а не поиск "зерна роли". С театральных подмостков исчезла культура речи, зрители не всегда могут разобрать, какие слова произносит исполнитель, а галерка его вообще не слышит. И когда старый актер Сергачев начинает что-то выпытывать у молодого режиссера Пупкина, на чем-то настаивать, режиссер Пупкин предпочитает расстаться с актером Сергачевым, нежели мотать себе нервы или позориться в глазах других участников спектакля. Да, у Виктора Николаевича характер непростой, но он имеет на это право.

"Зато мне вдруг стало интересно сниматься в кино, в сериалах, играть эпизоды, – признался на днях юбиляр. – Я вспомнил фразу Станиславского: "Нет маленьких ролей, есть маленькие исполнители". Мне стали интересны герои, о которых толком ничего не сказано. Ты фантазируешь их биографию и сам создаешь их мир, независимо ни от чего и ни от кого".

Наверное, актер лукавит. Эту фразу Станиславского он не забывал никогда. Я часто вспоминаю, как он играл Загорецкого в ефремовской постановке "Горе от ума": массовая сцена, он стоит в стороне и внимательно, но вместе с тем пренебрежительно наблюдает за развитием скандала на балу. А вот он – Поэт в пьесе чешского драматурга Когоута "Нули": в общественном туалете, ставшем своеобразным клубом для "лишних людей", идет очередной жизненно важный разговор, а Поэт, вдохновленный беседой, уже строчит что-то на рулоне туалетной бумаги. Актер в образе, он не перестает играть (не играть – жить!) ни на секунду, даже если у его героя еще полчаса не будет реплик. И таким Сергачев был всегда. По воспоминаниям его коллег, очень часто зрительный зал наблюдал за безмолвным Сергачевым с большим интересом, чем за диалогом главных героев.

Его первая великая роль в кино – Пселдонимов в "Скверном анекдоте" Алова и Наумова. Тощий, горбоносый, угловатый, он производил странное впечатление. Собственно, и все остальные персонажи фильмы были фарсовы, но Пселдонимов выглядел совершенно нереальным. Сергачев многие свои роли доводил до абсурда, наверное поэтому ему особенно удавались сказочные персонажи: гном Среда в спектакле "Современника" "Белоснежка и семь гномов", Стихотворец в фильме "Иван да Марья" и Пугало в "Подарке Черного колдуна". Или тот же инопланетянин Икс в новогодней музыкальной теленовелле "Эта веселая планета". В то же время актер с блеском играет и реальных людей (Суслов в "Серых волках" и Троцкий в целом ряде фильмов). Он убедителен в самых разных жанрах – комедиях, драмах, политических фарсах, детективах. А вспомните его мерзавца Ефима Субботу из дилогии "Пропавшая экспедиция" и "Золотая речка".

Виктор Сергачев – режиссер. Он начал ставить еще в "Современнике", во МХАТе создал знаменитый спектакль "Старый Новый год" вместе с Ефремовым и Герасимовым, много лет бился над постановкой "Преступления и наказания". А сегодня…

Сегодня Сергачев занят всего в четырех спектаклях МХАТа, где играет небольшие роли. Иногда снимается. Но мы уже привыкли, что многие выдающиеся мастера не у дел. Мы к этому равнодушны. А жаль.

Но я уверен, что для настоящего актера 70 лет – не предел, а пора человеческой и профессиональной мудрости, ну да я об этом уже говорил.

Выбор читателей