Было в истории нашего искусства такое понятие - "Большой балет". Нынче немногие о том вспомнят. Под этими словами подразумевался не только балет Большого театра, но вообще "большой стиль", которым характеризовались эпоха и ее герои. Балет же был главной визитной карточкой Советского Союза, приносил казне немереные суммы в валюте и давал танцовщикам возможность повидать "берег дальний". Кстати, понятие "большого балета" было впервые сформировано именно там - на Западе, куда наш балет впервые в полном составе стал выезжать начиная с 1950-х гг., покоряя подмостки как Старого Света, так и Нового. Сегодня тот балет стал легендой, некоторые из участников и участниц которой еще живы. Увы, уже ушел замечательный фотограф Георгий Петрусов, выставка которого и привлекла огромное внимание как профессионалов, так и балетоманов, едва лишь открылась в Московском доме фотографии.
Петрусов тоже был человеком большого стиля. Снимал Магнитку и Днепрогэс, метро и парады, а потом начал снимать балет. И именно на этом поприще его имя стало известно всей стране. В экспозиции, которая называется "Большой балет: 1940-1960 годы", представлены работы фотографа-художника за 20-летний период. И уже более 30 лет автора нет с нами…
Но есть они - его герои. Известные всем и каждому и безвестные, о которых знали лишь те, кто танцевал рядом. Но главное на выставке - другое: умение мастера передать существо запечатленного момента. Запечатлеть то самое мгновение, которое прекрасно.
Прекрасно всегда. Будь то Евгения Фарманянц в татарской пляске из "Бахчисарайского фонтана" или Галина Уланова - Мария из того же балета. Фото балерины и Петра Гусева (хана Гирея), которому 29 декабря исполнилось бы 100 лет, обошло все балетные энциклопедии мира. Пикантная Лепешинская в "Красном маке" и "сверкающая" Стручкова - любимица Петрусова в "Золушке".
Петрусов, отмеченный еще советским классиком авангарда Александром Родченко, обладал и редчайшим среди фотографов мастерством фоторежиссуры. И это при том, что по профессии был бухгалтером. А, быть может, именно эта профессия и помогала ему сделать точно выверенный расчет. Поверяя алгеброй гармонию, он умел передать в динамике неподражаемый прыжок Марины Семеновой - одной из самых красивых балерин Большого театра, сегодня старейшей в мире, но и по сей день преподающей в его стенах - и, казалось бы, непередаваемый - "статический" - лиризм Галины Улановой. Герои его работ все время в движении, даже и во внутреннем движении - он и такое умел передать.
К счастью, невесть почему, "лучший друг искусств всех времен и народов" благоволил к балету, и потому мало кто из балетных пострадал и многое было сделано. Своеобразным апофеозом этой деятельности стал парад достижений труппы на праздновании 175-летия Большого в 1951 году. К дате был выпущен роскошный альбом, автором которого стал, конечно же, Георгий Петрусов. Боже мой, ведь тогда этот юбилейный вечер открывала великая Екатерина Гельцер, выходившая в первой паре полонеза из "Онегина". А на подмостках кроме Улановой и Лепешинской, Семеновой и Стручковой блистали Кондратьева и Тимофеева, Фадеечев и Кондратов. Если же вспомнить еще и Юрия Файера - главного балетного дирижера Большого театра - столь же чуткого в своем ремесле, как и Петрусов - в своем, - то слова "большой балет" звучат уже не символом, а истиной. А кордебалет!.. А миманс!.. А ведь был еще и спецмиманс, в котором одно имя Сергея Крестьянова чего стоит! О!.. Его приглашали исполнять даже сольные партии, например в китайском танце в "Щелкунчичке". Он тоже здесь - на выставке. Да - господствовал драмбалет, да - то и дело возникали всякие опусы на тему победившего социализма, но ведь и это было отражением "большого стиля". Не было балета Баланчина, не было хореографии Лифаря и режиссуры Аштона, Нижинского или Фокина - тоже правда. Сегодня это есть, но, увы, балет Большого больше не называют большим. Парадокс? В каком-то смысле. Служа за железным занавесом Отечеству, его мастера своим уникальным искусством и создавали тот самый большой балет, которого нигде не белом свете не было, который был уникален и которому рукоплескал весь мир. Сегодня распыленные по этому самому белу свету русские танцовщики и танцовщицы, создают те или иные образы, но более не создают общего стиля, работая каждый в своем. Вы, конечно же, скажете: так везде. Но везде нет и не было большого балета, сравнивать не с чем и нет предмета для ностальгии. Все это касается только нас, у которых такой балет был. И который немного - и так приятно - ожил на выставке в Москве.
Все новости...
