У современного человека, уже изрядного поездившего по заграницам, словосочетание "муранское стекло" вызывает в памяти весьма определенные ассоциации. Неизменно вспоминаются сувенирные закутки вокруг Ватикана, торгующие портретами Папы, открытками с Мадоннами и однообразными нитками разноцветных бус. Похожие украшения, но только уже побогаче и позатейливее, гроздьями свисают со смуглых рук нелегальных мигрантов, толпящихся у причалов венецианского Большого канала – цены те еще, но все равно дешевле, чем в магазине. Для тех, кто по заграницам не ездит, муранское стекло – это сомнительные переливающиеся подвески китайско-корейского производства и качества, поблескивающие в московских витринах. Всплывает в памяти какой-то остров Мурано, на котором никто никогда не бывал. А несколько столетий тому назад и не смог бы побывать при всем желании. Это теперь на главной муранской набережной Стекольщиков гостеприимно раскрыли свои двери Музей стекла и Международная школа стекла. В стародавние времена венецианцы держали втайне секреты мастерства не хуже китайцев, веками дрожавших над фарфором. Заезжему соглядатаю путь на остров был заказан.
Первые эксклюзивные изделия появись в Венеции еще в XI веке. Только вот ремесло это было сложное и пожароопасное, поэтому местных стекольщиков предпочли отселить на отдельный островок. Опять же, так было проще блюсти тайну. А сторожить было что – в середине XV столетия Анджело Баровьер, потомственный стекольщик, изобрел хрусталь – совершенно прозрачное бесцветное стекло, стоившее бешеных денег. До середины XVIII в. муранские умельцы регулярно поставляли миру только эксклюзивную продукцию.
Как и многое другое, муранский бизнес пострадал от технического прогресса. В один прекрасный момент "авторская" стеклодувная трубка уступила место фабричным механическим устройствам и литейным формам. Одним словом, дело встало на поток, что, разумеется, пагубно отразилось на фантазии стеклодувов. Несмотря на то, что в прошлом столетии с местными мастерами сотрудничали многие выдающиеся художники той эпохи, в том числе Ханс Арп, Пабло Пикассо, Марк Шагал, Пьер Карден, Йоичи Охира, они не сумели возродить былой славы острова.
Фото: museum.ru
Только в последнее десятилетие XX в. ведущие промышленники и дизайнеры всерьез озадачились проблемой возрождения былого величия муранского стекла. Появились компании, намеренно ориентированные на эксклюзивный дизайн и ограниченный тираж изделий. По замыслу этих фанатов, художник должен работать в соавторстве со стеклодувом и практически на равных. Полученный шедевр считается результатом совместной работы. По этой причине дизайнер не должен разбираться в тонкостях стеклодельного ремесла, главная его задача – оригинально мыслить и принимать неожиданные решения.
Ведущую роль в нелегком процессе возвращения к истокам взяла на себя созданная в 1990 г. компания Berengo Fine Art. За 15 лет ее существования несколько десятков художников из разных стран получили возможность работать на фабрике, создав новую страницу в истории художественного стекла. Отдельные образцы своей продукции компания представила в ГМИИ имени А.С. Пушкина на выставке "Осторожно: стекло".
На первый взгляд проект подобного рода вызывает справедливые опасения. В коне концов, частная фирма и приличный музей – вещи зачастую несовместимые. Сразу вспоминается выставка швейцарских часов в Эрмитаже и тому подобные сомнительные проекты, которые из приличия принято называть коммерческими. К счастью, в данном случае на деле все обстоит по-другому. Прежде всего, с муранскими стеклодувами работали действительно приличные художники. А порой даже очень хорошие. Кроме того, авторское стекло, представленное не в виде сувенирных браслетиков и кулончиков, а в самых что ни на есть монументальных формах, вызывает как минимум уважение. Достаточно бросить взгляд на сине-фиолетовые "Заросли тростника" Пино Кастаньи, расположившиеся в вестибюле (тончайшие трубки высотой в 4,5 м влезают не во всякий зал), как становится очевидным – выставку стоит посетить.
Фото: museum.ru
Перформанс ливанской художницы Марии Казун, меланхолично плетущей какие-то нити посреди своих произведений, могли видеть только гости вернисажа. Но ее гигантские дымчатые шары, объекты, подвешенные на грубых нитках, и загадочные сколопендры и каракатицы из черного и белого стекла останутся до конца экспозиции.
Прозрачные "Шагающие яйца" голландца Куна Ванмехема соседствуют с огромными молочно-белыми костями игривой композиции "Собачья радость" Андрея Филиппова и строгими формами стеклянных микросхем Сергея Мироненко. Но все-таки самое большое впечатление производят монументальные объекты, в которых легко угадываются традиционные черты муранского стиля. К числу лучших, безусловно, относятся "Над раем" Никиты Алексеева и "Разноцветный тотем" Ирене Найф, удачно сочетающие узорочье венецианского стекла с изяществом форм.
Все новости...
