Ужасы детских больниц

Специализированные клиники для детей пребывают в плачевном состоянии даже в Москве, что уж говорить о регионах. На фоне клиник мирового класса для взрослых детские больницы из советского прошлого смотрятся еще печальней




Все дети болеют. Иногда даже самые маленькие вынуждены лечиться или наблюдаться в стационаре. Так получилось, что наш ребенок проходил курс лечения амбулаторно в нескольких клиниках, и мы получили возможность сравнить состояние детских больниц в Москве. Сразу оговоримся, речь идет о больших специализированных клиниках для детей, а не детских отделениях в обычных больницах.

Республиканская детская клиническая больница (РДКБ) представляет собой комплекс зданий на юго-западе Москвы. Высокие серые корпуса по-советски неуютны и унылы. Чтобы попасть из одного корпуса в другой, подчас нужно пройти чуть ли не километр. Впрочем, я никогда еще не видел ни одной советской больницы, где была бы продуманная система входов-выходов и переходов из корпуса в корпус. Некоторые отделения РДКБ внутри отремонтированы, некоторые нет, но общее впечатление все равно гнетущее. Тем не менее считается, что это одна из лучших, если не лучшая детская клиника России. И это действительно так. Например, здесь находится детская онкология, где проводятся сложнейшие операции, вплоть до операций по пересадке костного мозга.

Федеральное НИИ педиатрии на Ломоносовском проспекте выглядит лучше. Новое здание поликлиники, отремонтированные палаты в стационаре, вполне доброжелательный персонал. Однако в сравнении с больницей для взрослых, самой обычной больницей без каких-то излишеств, проигрывает. Скажем так, клиника только в начале пути к высоким стандартам сервиса.

Городской НИИ педиатрии в Бескудникове запомнился страшными кроватями из проклятого прошлого. Растянутые пружины прогибаются так, что ребенок оказывается чуть ли не на полу. На моих глазах мама одного малыша присела на эту "кроватку", и та тут же сломалась. Такие кровати стоят, конечно, не везде, но запоминаются именно они.

Морозовская, Филатовская и Русаковская детские больницы застряли далеко в прошлом. Двадцать лет назад, будучи ребенком, я сам лежал в Русаковской. Попав туда сейчас, со всей ответственностью заявляю: не изменилось ничего. Все клиники, включая НИИ педиатрии, капитально не ремонтируются, или ремонт тщательно маскируется. Не расписывая в подробностях прелести обшарпанных стен и затхлого запаха с кухни, можно сказать, что здесь еще хуже, чем в РДКБ.

Наш главный вывод почти одинаков для всех детских больниц: хорошие специалисты и ужасные условия. Одно учреждение похоже на другое, и практически все сиротские... На месте городских властей я бы первым делом вложился в обычный ремонт. Судя по количеству новых зданий в столице, строящихся на деньги города, все возможности для этого есть.

Про отношение персонала мне трудно сказать что-то однозначное, так как мы наблюдались по добровольному медицинскому страховому полису, то есть шли как платные пациенты, и наш малыш не лежал в стационаре. По рассказам родителей, чьи дети все же попадали в стационар, отношение к маленьким пациентам разное. Зависит, к сожалению, от воли случая и толщины кошелька.

Насмотревшись на ужасы детских больниц в Москве, я решил поговорить с представителями медицинской страховой компании, где застрахован мой ребенок. Узнать, что они как эксперты думают об общем уровне клиник для детей.

Ситуация с детскими клиниками, по словам моих собеседников, в стране сложная. С одной стороны, в педиатрии остается еще много квалифицированных кадров. Но современных больниц практически нет, несмотря на то что в некоторых регионах, в Москве в том числе, уже несколько лет продолжается бэби-бум. Открываются маленькие частные клиники для детей, но это капля в море. Часто там имеется только стационар, но нет поликлиники для консультаций и амбулаторного лечения.

Характерная деталь: только в детские больницы пациентов VIP-класса может сопровождать представитель страховой компании. Так делают не столько из-за любви к богатым клиентам, сколько для того, чтобы родители больного ребенка не испытывали шока от состояния клиники. Функция представителя в данном случае – развлекать и отвлекать. Работники медицинских страховых компаний говорят, что детские госпитализации всегда проблемные из-за условий лечения. Говоря проще, из-за тотальной разрухи не знаешь, куда класть ребенка. Особенная статья – городские детские больницы в столице: с ними, оказывается, страховые медицинские компании стараются просто не связываться, предпочитая федеральных многопрофильников.

На вопрос о региональных детских клиниках мои собеседники только горько усмехнулись и привели в пример тот факт, что часто родители вынуждены ехать на консультацию в Москву за тысячи километров. А об условиях лечения в провинциальных больницах лучше вообще не говорить. Исключение составляют лишь несколько богатых нефтегазовых регионов, и то далеко не все детские больницы там соответствуют нормальному уровню медицинского сервиса. Как правило, лучшие клиники приближены к центрам регионов или местам добычи полезных ископаемых.

Но какими бы старыми и страшными ни были специализированные педиатрические клиники Москвы, в них будут направлять детей. Потому что больше негде проконсультироваться у специалиста узкого профиля, негде получить соответствующее заболеванию лечение. Есть еще ведомственные детские больницы, побогаче и получше, но в них, как правило, имеются только самые общие терапевтические отделения.

Специализированных клиник мирового класса для взрослых в столице уже появилось немало. На их фоне многопрофильные детские больницы из советского прошлого смотрятся еще печальней. Контраст разительный.

Президент в очередном послании Федеральному Собранию обозначил выход из демографического кризиса как один из приоритетов для страны. Хорошо бы государственные мужи теперь озаботились клиниками для детей – во всех государствах мира подобные учреждения находятся в государственном ведении. А то не будет никакого выхода из кризиса.

Выбор читателей