Французскую Аксинью учили носить воду коромыслом

На Первом канале начинается показ семисерийного фильма "Тихий Дон" Сергея Бондарчука, который и так и не дождался выхода на экраны этой своей последней киноработы. Завершал картину, собрав воедино и смонтировав рабочие материалы, Бондарчук-младший. Он же выступил режиссером телеверсии фильма.

К съемкам фильма Сергей Бондарчук приступил в конце 1980-х, после злосчастного Пятого съезда Союза кинематографистов СССР, на котором мэтра обвинили во всех смертных грехах: якобы в союзе он занимает чуть ли не двадцать должностей и даже домик в Швейцарии прикупить успел. Денег на съемки киноэпопеи не было, но тут одна итальянская продюсерская фирма предложила оплатить все необходимые расходы. По требованию продюсера три главные роли в картине были отданы иностранцам (Григория Мелехова сыграл британец Руперт Эверетт, деда Пантелея - американец Абрахам Мюррей, Аксинью - француженка Дельфин Форест), а весь фильм в оригинале звучит по-английски.

Впрочем, если верить Дельфин Форест, дело было не только в давлении итальянцев, но и в сознательном выборе Бондарчука. По словам актрисы, однажды во время съемок Сергей Федорович обронил в ее адрес весьма польстивший ей комплимент: "Ты по-русски красива, как не каждая русская женщина". Форест думает, что в словах режиссера заключалась доля правды, ведь ее бабушка и в самом деле была из России.

В интервью "МК" француженка призналась, что впервые прочитала "Тихий Дон" лишь когда узнала, что утверждена на роль Аксиньи. Знаменитую экранизацию Сергея Герасимова она тоже смотрела только кусками уже после окончания съемок. "Я боялась, что, если увижу, как Быстрицкая играет Аксинью, это может мне помешать", – говорит Форест.

Актриса не скрывает, что на съемочной площадке ей пришлось осваивать много чего такого, о чем она раньше и понятия не имела, – например, учиться носить воду в ведрах на коромысле и подбирать подол при ходьбе, чтобы платье не запачкалось.

С Рупертом Эвереттом Бондарчуку тоже пришлось нелегко. Уже после начала съемок режиссер впервые узнал о его нетрадиционных сексуальных пристрастиях. Придя к Эверетту в московскую квартиру, пожилой и довольно консервативный по своим убеждениям постановщик обнаружил, что вся она завалена куклами Барби (их разбросал любовник актера). "Бондарчук очень расстроился и не выходил из состояния депрессии до тех пор, пока не увидел меня в гриме", - рассказал актер в интервью "Комсомольской правде". Однако на съемочной площадке будущий гей-идол смотрелся вполне органично: он старательно заламывал картуз, засовывал папиросу за ухо, вытирал рот рукавом и старался делать лицо попроще.