Lenty.ru: "Согреваться приходилось криком" REGNUM: Победа Владимира Путина означает распад НАТО

Процесс по делу об убийстве Анны Политковской закончился неделю назад. В минувший четверг в Московском окружном военном суде все четверо подозреваемых были оправданы.

Адвокат бывших обвиняемых Мурад Мусаев рассказал "Известиям", на основании каких аргументов защиты присяжные приняли свое решение. По делу проходили сотрудник МВД Сергей Хаджикурбанов, братья Джабраил и Ибрагим Махмудовы, обвиняемые в соучастии в убийстве, а также фигурант по другому эпизоду подполковник ФСБ Павел Рягузов. Непосредственным убийцей следствие считало третьего брата Рустама Махмудова, который находится в розыске. Его дело выделено в отдельное производство.

Важной уликой обвинения был "ВАЗ-2104", снятый камерами наружного наблюдения на месте убийства - у дома журналистки. По версии обвинения, автомобиль принадлежал Рустаму Махмудову. Однако на машине Рустама нет ни правого "дворника", ни поворотника на правом переднем крыле, в то время как на кадрах "Жигулей" с места преступления есть и то, и другое. Кроме того, у машины у дома Политковской регион 90, а у машины Махмудова - 97. Первая цифра номера автомобиля на видеозаписи, по оценке экспертов, "имеет характерные черты четверки", а у Махмудова это пятерка.

Другая улика следствия - изображение убийцы на видеокамере. "Обвинение утверждало, что рост человека на видеокадрах - 167 сантиметров, и что такой же рост у Рустама. Мы представили его справку из военкомата, где написано: рост 170 сантиметров. Кроме того, на съемке - худощавый человек, а Рустам плотный. Мы хотели показать присяжным его фото в полный рост, но суд не разрешил", - рассказал Мусаев. Однако защита нашла возможность это сделать. В качестве вещдока был приобщен мобильный телефон Джабраила Махмудова. "Там была видеозапись, где братья купаются на речке. Рустам с огромным пузом, широкими плечами, крупной головой. Мы подключили мобильник к ноутбуку и показали присяжным, имеем право на исследование вещественных доказательств", - пояснил адвокат.

Далее. На пистолете, найденном на месте преступления, было два волоса. Один - человеческий. Сравнили - не совпадает с волосами подсудимых. Другой волос - кошачий. Такой же нашли и в машине Рустама, однако экспертиза показала, что это волосы от разных кошек. На пистолете также обнаружили тканевые ворсинки. "По заключению экспертизы, эти ворсинки аналогичны тем, что были взяты в качестве пробы из машины. В одном из документов эксперт использовал слово "однородны". Но, зачитывая эти показания в суде, обвинитель Юлия Сафина вместо этого слова произнесла "идентичны". Мы указали на несоответствие. Она сказала, что это синонимы. Мы привели протокол допроса эксперта: "Можно говорить об однородности этих волокон, но нет данных, которые позволяли бы утверждать, что они идентичны," - сообщил Мурад Мусаев. На этом улики, связанные с пистолетом, не закончились. На нем оказались следы пота, которые сравнили ДНК по анализу крови братьев Махмудовых - они не совпали. Анализ крови родителей братьев также показал, что человек, державший оружие, не может быть их ребенком.

Много путаницы было и в распечатке телефонных переговоров. "Обвинение показало суду компакт-диск и заявило, что это детализация разговоров, присланная из телефонной компании. Мы говорим, что это не может быть прислано из компании. Потому что там есть странные ремарки о телефонах, по которым или с которых якобы звонили подсудимые: "обнаружен при осмотре автомобиля", "обнаружен при обыске". Откуда в телефонной компании такие сведения? А еще там употреблялся термин "фигурант". Странная лексика, телефонист, скорее, скажет "абонент". Получается, что можно вторгаться в файл. В суде мы это доказали: стерли запись "Д.Р. Махмудов" (Джабраил Махмудов) и написали: "П.В. Гарибян" (руководитель следственной группы, занимавшейся этим делом)", - отметил адвокат. Обнаружились расхождения и в детализации разговоров (биллингах). Так, 7 октября 2006 г., в день убийства обозревателя "Новой газеты", из биллинга Джабраила Махмудова следует, что за несколько часов до убийства он шесть раз разговаривал с братом Ибрагимом. А согласно биллингу Ибрагима, с Джабраилом он разговаривал только четыре раза. Были расхождения, в том числе, и в звонках самой Анны Политковской. В итоге защита убедила присяжных, что и биллинги не являются объективным доказательством, так как их можно подправлять. По словам Мусаева, все вышеупомянутые неточности - это даже неполный перечень несоответствий в деле.

Однако оправдательный вердикт не поставил точку в деле об убийстве Политковской: расследование продолжится до окончательного установления истины. С таким заявлением в начале недели выступил официальный представитель Следственного комитета при Прокуратуре РФ Владимир Маркин. "В связи с вынесением оправдательного вердикта суда присяжных и приговора Московского окружного военного суда в отношении фигурантов по уголовному делу об убийстве Анны Политковской заявляю, что данное уголовное дело будет расследоваться до полного установления истины и всех соучастников преступления, включая исполнителя и заказчика", - заверил Маркин.