Венесуэла напряглась в ожидании провокаций

Всю сознательную жизнь Уго Чавес провел в борьбе, а его биография – наглядное свидетельство того, как работают социальные лифты в Латинской Америке. Выходец из семьи провинциальных учителей, мечтавших, чтобы их сын стал священником, он пошел другим путем: военная академия, служба в десантных войсках. Личная харизма и увлеченность идеями Боливара и христианского социализма превратили его в обаятельного бунтаря и любимца простых людей. В 28 лет он создал подпольный революционный кружок, на базе которого сформировалось Революционное боливарийское движение, в 38 лет возглавил военный путч (1992 г.), но проиграл и оказался в тюрьме, а в 44 года стал президентом и получил возможность реализовать свои представления о демократии и справедливости.

В основе популярности Чавеса лежал не только его популизм, но и обаяние неистового революционера. Находясь под влияние Боливара, который 200 лет назад освободил Венесуэлу от испанского владычества, Чавес стал мотором пробуждения Латинской Америки. Его называли продолжателем дел Мао и Че Гевары; сам он считал своим духовным отцом и учителем Фиделя Кастро. В сущности, Чавес действительно запустил на континенте "непрерывную" революцию, показав, что левые идеи могут побеждать на легитимных выборах. Результат налицо: Латинская Америка отвернулась от США и заметно покраснела. При этом речь идет не только о таких отъявленных леваках, как президенты Эквадора, Парагвая и Боливии, но и о "левом повороте" в руководстве двух самых крупных южноамериканских государств – Аргентины и Бразилии.

Как и Фидель Кастро, Чавес не только руководил страной, но разъяснял свою политику людям, ежедневно выходя в телеэфир в передаче "Алло, президент!". Темперамент и убежденность позволяли ему напрямую воздействовать на аудиторию, и он вербовал все новых и новых сторонников.

На этом благостном фоне скрытая инфляция в стране достигла, по оценкам экспертов, 30%. Несмотря на доходы от нефтяных ресурсов (четвертое место в мире по добыче и первое – по доказанным запасам), Венесуэла погрязла в дефиците, что привело к возникновению черного рынка со всеми вытекающими последствиями. Месяц назад по официальному курсу за доллар давали четыре боливара (после смерти Чавеса – шесть), а в подпольных обменниках 12 – 14 боливаров. Аналогичным образом разнятся цены на продукты и промышленные товары ежедневного потребления.

Оппозиция утверждает, что финансовые проблемы Венесуэлы объясняются тем, что, национализировав нефтяную отрасль, президент нерационально тратил доходы на социальную поддержку бедняков и закупки оружия, что, в целом, соответствует действительности. Соперник Чавеса на последних выборах выдвинул лозунг "тракторы вместо танков" и пообещал отказаться от покупки вооружений. Но не вооружаться Чавес не мог, потому что понимал, что рано или поздно страну и революцию придется защищать.

Теперь, после смерти команданте, все эти проблемы придется расхлебывать его команде, в которой, если верить СМИ, нет полного единства. Вице-президент и официальный преемник Николас Мадуро гораздо левее Чавеса, и это беспокоит многих. Правая оппозиция вообще считает его "большевиком" и "экстремистом". Но перед последней, оказавшейся роковой операцией Чавес просил народ поддержать Мадуро на выборах, и потому его право руководить страной до следующих президентских выборов, которые пройдут через месяц, никто публично не оспаривает. Другой вопрос – избираем ли он.

Еще одной влиятельной фигурой является спикер венесуэльского парламента Диосдадо Кабельо. Пока он не делал никаких заявок на лидерство. Более того, его долгая дружба с Чавесом, безупречное поведение во время путча 2002 г., когда на посту президента он принял власть и в ходе тяжелых переговоров с военными добился освобождения Чавеса, а также многолетняя работа во власти не дают повода для каких-либо сомнений в его лояльности. Тем не менее разговоры о том, что Кабельо вполне мог бы мирно и постепенно изменить курс страны, уже начались.

СМИ обсуждают принципиальные разногласия между "левыми чавистами" и Кабельо, который не одобряет разбазаривание нефтяных доходов на поддержку бедных слоев и "мировую революцию". По его мнению, начинать надо с национальной промышленности, за счет развития которой потом можно будет дать денег социалке и помочь соседям. Одновременно появилась информация о его коррумпированности и пристрастии к красивой жизни, что, по понятным причинам, вызывает раздражение "левых чавистов". Но главное, что привлекает к фигуре Кабельо внимание ревизионистов всех мастей, – это его связи с армией. В отличие от штатского Мадуро, Кабельо, так же как Чавес, был офицером, а армия – это очень серьезный ресурс, особенно на этом континенте.

Стоит ли удивляться, что практически сразу после официального сообщения о смерти Чавеса из США начали поступать сигналы, свидетельствующие об интересе к возможным переменам. Понятно, что такая перспектива не может не беспокоить Россию, которая заключила с Венесуэлой большое количество нефтяных, оружейных и иных контрактов. В целом, расклад понятен: Москва нужно сохранение статус-кво, а США жаждут перемен. Американские республиканцы, которые восемь лет назад, не стесняясь, говорили, что свержение Чавеса – дело дорогое и трудное, поэтому его нужно просто убить, не считают нужным скрывать своих надежд: "Уго Чавес был жестоким тираном. Его смерть приведет к ликвидации антиамериканского альянса в Латинской Америке. Туда ему и дорога". Менее откровенно, но в том же ключе высказался президент США Барак Обама, выразивший надежду, что после кончины Чавеса в Венесуэле воссияет демократия.

Не исключено, что именно подобные игры стали причиной ряда странностей, замеченных в действиях руководства Венесуэлы в последние дни. Речь идет о затягивании с официальным объявлением о кончине лидера, длительном совещании в закрытом режиме, высылке американского дипломата, создании комиссии, призванной доказать, что болезнь президента стала результатом целенаправленного заражения, выводе на улицы военных и многом другом.

Все эти телодвижения свидетельствуют о том, что руководство Венесуэлы объявило мобилизацию в ожидании неминуемых провокаций. Тем более что после путча 2002 года все знают, как это делается.

Обсудить на Facebook