|
ЗАХВАТ "НОРД-ОСТА" ГОТОВИЛИ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ
Окончание эксклюзивного расследования "Yтра"
Михаил ФАЛЬКОВ, 11 ноября, 03:39
На состоявшейся 31 октября пресс-конференции прокурор Москвы Михаил Авдюков заявил: "По некоторым оперативным данным, далеко не все лица, которые относятся к террористам, имеют только чеченскую национальность". Он также отметил, что среди боевиков были выходцы "не только из ближнего, но и дальнего зарубежья, не только чеченцы". Вместе с тем, по словам прокурора, "пока нет ответа на вопрос, каким образом террористам удалось подготовить и осуществить теракт". Однако, по имеющимся сведениям, российские спецслужбы уже располагают почти полным списком лиц и структур, причастных к организации захвата в ДК ГПЗ. Об этом свидетельствует ряд выступлений официального руководства, а также "адресные" обращения Москвы к Дохе и Анкаре. Более того, согласно информированным ближневосточным источникам, с 24-25 октября и до настоящего времени представители российских спецслужб провели серию консультаций со своими коллегами в данном регионе. Даже отрывочные сведения о содержании этих переговоров позволяют говорить о том, что ФСБ, СВР и ГРУ идут по верному следу: именно на Ближнем Востоке определялись стратегические цели теракта, отсюда осуществлялся контроль над его подготовкой и поступали необходимые финансовые средства.
С благословения шейха
Согласно нашим ближневосточным источникам, решение о проведении захвата заложников в Москве было принято еще в июне. Тогда же ответственность за первоначальную подготовку теракта была возложена на "Особую организацию" ("Аль-Танзим аль-Хац"). Данная структура подчиняется Всемирному руководству международной "Ассоциации мусульманских братьев" (АМБ) и отвечает за операции военно-разведывательного характера. Она самым тесным образом связана с различными исламскими организациями, большая часть которых объединена под эгидой "Аль-Каэды".
Координацию между различными отделами АНБ и другими фундаменталистскими структурами, взял на себя "Общий отдел наставления" ("Маджалис аль-Шура") – один из трех управленческих органов Всемирного руководства "Ассоциации".
К разработке операции почти с самого начала были привлечены командующий "Исламским полком" Северного Кавказа Абу-Валид аль-Хамиди и представитель "Особой организации" в Грузии Абу-Хафс. Им было поручено обеспечить финансово-техническую поддержку запланированного теракта. Одновременно члены кувейтской "Джамаат ихья ат-Турас аль-Ислами" установили контакт с бывшим вице-президентом ЧРИ Зелимханом Яндарбиевым. Его попросили оказать помощь в поиске главаря "ударной" группы террористов-смертников. Тогда же начался отбор боевиков, которые должны были участвовать в задуманной акции. Особое предпочтение отдавалось чеченским ваххабитам, отличившимся ранее в военных и террористических операциях, а ныне находившимся в Грузии, Турции или на Ближнем Востоке. Кроме них в состав "ударной" группы вошли представители других национальностей, в том числе арабы из "Особого отдела". Последние при наборе боевиков консультировались с исламистскими деятелями, работавшими в 90-х на Северном Кавказе и в других регионах России. В поисках подходящих кандидатов участвовали также представители ближайшего окружения лидера дагестанских ваххабитов Багаутдина Магомедова. Среди них особенно отличился его брат, проживающий в Египте Сервах Абасс Кебедов. С покойным Арби Бараевым он был знаком еще с первой половины 90-х и теперь всячески поддерживал кандидатуру его племянника на должность амира московской операции.
За два с половиной месяца до захвата ДК ГПЗ практическая подготовка операции на территории России перешла под ответственность Шамиля Басаева. Он лично отбирал кандидатов для второй и третей группы "поддержки", а его эмиссары занимались съемом конспиративных квартир для боевиков в самой столице. Они же, опираясь на поддержку московских соплеменников, собирали оружие, готовили транспорт и средства связи. Большую часть расходов взял на себя Абу-Валид, остальное из собственных резервов оплатил сам Басаев. Деньги, полученные от командующего "Исламского полка", попали в Чечню через эмиссаров Абу-Хафса; тот, в свою очередь, принял их от представителей "Al-Haramein Foundation", прибывших в Грузию из Турции. Однако то было всего лишь заключительное звено сложной трансконтинентальной сети по переводу средств для финансирования теракта и его пропагандистского обеспечения, которая охватывала многие банковские структуры и коммерческие кампании не только Ближнего и Среднего Востока, но и Западной Европы. Так, например, известно, что на начальном этапе часть требуемой суммы была переведена через женевский филиал Credit Lyonnais на счета международного концерна "Дар аль-Мааль аль-Ислами" (DMI) в Швейцарии, а уже оттуда деньги попали в отделение Arab Bank в Лимасоле. Ответственным за все эти операции являлся египтянин Саид Рамадан, возглавляющий женевское представительство "Ассоциации мусульманских братьев". Далее деньги оказались в Бейруте, но затем след их теряется.
По прошествии трех месяцев "самопожертвование во имя Аллаха на пути утверждения его веры в джихаде против неверных" благословил авторитетный богослов Персидского залива "доктор" Юсуф аль-Кардауи. Достопочтенного вероучителя дружно поддержали саудовские шейхи Салман аль-Удар и Насер аль-Амр.
В это время в Москве велись завершающие приготовления к предстоящему захвату.
"Главная" роль
Вопрос о том, кто возглавит "ударную" группу, решался довольно долго. Требовалось найти человека, имя которого было достаточно известным. Только в таком случае версия о его "командирской роли" и подчинении Масхадову могла звучать более-менее убедительно. Кроме того, кандидат обязательно должен был быть чеченцем. Представители "Особого отдела" никому из чеченских полевых командиров не доверяли, подозревая их в симпатиях к Масхадову или тайном сотрудничестве с российскими спецслужбами. В свою очередь, почти ни один из политических деятелей ЧРИ, бежавших за рубеж, не подходил на эту роль. Как и ожидалось, проблему решил опытный Зелимхан Яндарбиев. Именно он убедил своих арабских друзей в том, что племянник покойного Арби Бараева не только полностью подходит под перечисленные требования, но даже имеет все шансы вернуться живым из этой воистину самоубийственной операции. По словам дудаевского вице-президента, у Мовсара остались от дяди какие-то таинственные связи на самом высоком уровне в Москве. Как уверял Яндарбиев, с их помощью Бараев сумеет в последний момент незаметно покинуть осажденное здание, а затем, при содействии людей Басаева, беспрепятственно возвратиться в Чечню. Представителям "Особого отдела" подобная перспектива понравилась, ведь из "чудесного" спасения главаря группы можно было извлечь немало пропагандистских дивидендов, а также окончательно продемонстрировать полную несостоятельность российских силовых структур.
В ходе консультаций с кавказскими ваххабитами, обосновавшимися за рубежом, и исламскими деятелями, работавшими на Кавказе, выяснилось, что многие из них лично знали Арби Бараева, а некоторые даже знают Мовсара. Практически все они сходились во мнении, что последний не станет вдаваться в подробности, но будет исправно выполнять предложенный ему план. Главное, по их словам, это уверенность Бараева в наличии путей для отхода и соответствующее риску вознаграждение. В принципе, консультанты "Особого отдела" оказались правы. После двухнедельных раздумий Бараев согласился. Помимо ожидаемых требований, он заявил о своем желании возвратиться в Чечню и, заручившись поддержкой Абу-Валида, взять под контроль Шалинский и Урус-Мартановский районы, а также окрестности Аргуна и ряд пригородов Грозного. При этом Бараев безоговорочно согласился на выполнение двух главных условий заказчиков. Первое заключалось в том, что всеми практическими действиями будут командовать представители Абу-Валида, которые в качестве "рядовых боевиков" должны были войти в состав "ударной" группы. Согласно второму условию, в первый же день захвата ДК ГПЗ Бараев должен был публично заявить о своем подчинении Аслану Масхадову.
Вознаграждение за "руководство" операцией определялось в несколько миллионов долларов. 60% Мовсар потребовал авансом, а оставшуюся часть должен был получить по возвращении в Чечню (в том, что ему это удастся, Бараев не сомневался). Помимо указанной суммы, в конце августа он получил дополнительные средства (более миллиона долларов) для оплаты услуг московских знакомых своего покойного дяди.
Ждите ответа
Если одна из главных целей захвата – компрометация лидера чеченских сепаратистов с его последующим подчинением АМБ, почему же тогда первым о руководящей роли Масхадова в подготовке теракта заявил Ахмад Кадыров? Как следует из имеющейся у нас информации, произошло это явно не случайно. Так, по сведениям наших иорданских партнеров, глава администрации Чечни уже ночью 23-24 октября задействовал все свои источники на Северном Кавказе и Ближнем Востоке, чтобы установить заказчиков, организаторов и цели теракта в ДК ГПЗ. Одним из первых, к кому обратился Кадыров, был его старый товарищ со времен обучения в Бухарском медресе, а ныне один из влиятельнейших духовных деятелей Таджикистана. Тот, в свою очередь, обратился за помощью к настоятелю знаменитого Каирского университета "Аль-Азхар" Мухаммаду Саиду Тантауи. Возглавляемое им учебное заведение считается чуть ли не кузницей кадров "Ассоциации мусульманских братьев" и рассадником фундаментализма. Не удивительно, что вскоре Ахмад Кадыров уже имел довольно точные сведения об истинных организаторах и целях теракта.
Естественно, Кремль не купился на дезинформацию о руководящей роли Масхадова. Уже ночью 23-24 октября Патрушев знал о подлинных мотивах произошедшего не меньше Кадырова, тем более что последний любезно поделился частью полученной информации с "родными органами". Однако президент решил использовать создавшуюся ситуацию с максимальной выгодой. Так, почти сразу Владимир Путин заявил о причастности к московским событиям "международного терроризма". Вместе с тем, уже на следующий день после захвата Москва поддержала и версию о "руководящей роли" Масхадова. Первое позволяло развернуть кампанию против международной инфраструктуры по поддержке северокавказского экстремизма (что вскоре и произошло). Одновременно обвинив во всем Масхадова, Москва пыталась заручиться поддержкой Вашингтона и Лондона в проведении более жесткой и широкомасштабной операции на территории мятежной республики. Ведь президент Ичкерии символизирует собой "чеченское сопротивление", а значит, оно по сути своей полностью террористическое.
Между тем Кремль ни на минуту не отказывался от намерений расправиться со всеми, кто действительно участвовал в планировании и подготовке этой кровавой акции. Это будет происходить как в России, так и за ее пределами. Соответствующие указания по этому поводу ФСБ, СВР и ГРУ уже получили. Они выполняются...
Постоянный адрес статьи:
http://www.utro.ru/articles/20021111033905110384.shtml
|
 |
