В мире стало модным отказываться от доллара – по крайней мере, на словах. Сразу несколько стран-производителей нефти и газа заявили недавно о своих планах перехода на другие валюты в расчетах за поставки энергоресурсов. На саммите ОПЕК в ноябре об этом говорили лидеры Ирана, Венесуэлы и Эквадора. "Учитывая, что доллар обесценивается, в торгово-экономических и нефтяных сделках его необходимо заменить другой более надежной валютой", – предложил президент Ирана Ахмадинежад. Президент Чавес уточнил его мысль, предложив для расчетов стоимости барреля использовать корзину валют, в которую вошли бы (кроме доллара) евро, фунт стерлингов, иена, юань и другие валюты, включая даже венесуэльский боливар. Ахмадинежад выступил также за создание странами ОПЕК нефтяной биржи и Банка ОПЕК. Поддерживая эти предложения, президент Эквадора Рафаэль Корреа отметил, что ослабление доллара съедает значительную часть прибыли экспортеров нефти: "Несмотря на то что цена нефти приближается к $100 за баррель, в действительности она ниже, чем в 80-х гг. прошлого века". Правда, ОПЕК не поддержала эти идеи, и вопрос о "дедолларизации" нефтяного рынка решили отложить до следующего саммита организации (а он намечен на 2012 год).
Затем в руководящих кругах "Газпрома" прозвучала мысль о желательности перехода в торговле российским газом на рубли. "Мы серьезно подумываем о том, чтобы продавать наши ресурсы за рубли", – заявил на пресс-конференции в Нью-Йорке заместитель главы "Газпрома" Александр Медведев, – и перейти на расчеты рублями и евро". Конкретные сроки нововведения Медведев не назвал, отметив лишь, что "сначала эта идея должна укорениться в массах".
А тем временем Иран отказался от долларов в одностороннем порядке – не стал ждать, пока до этого дозреет вся ОПЕК. "В рамках реализации национальной политики, предусматривающей отказ от доллара США при продаже сырой нефти, в настоящее время страна полностью прекратила экспортировать жидкие углеводороды за американскую валюту, – заявил 8 декабря министр нефти ИРИ Голям Хоссейн Нозари. – Принимая во внимание падение курса доллара и тот ущерб, который терпят страны-экспортеры нефти, к этой валюте больше нет доверия".
Впрочем, эксперты отмечают, что антидолларовая мода возникает в мировой энергетике не впервые. Разговоры о переходе в торговле нефтью на другие валюты или корзины валют ведутся всякий раз, когда доллар сильно проседает. Так было, по крайней мере, в конце 1970-х, во второй половине 1980-х и в 1993 - 1995 годах. Однако в торговле нефтью от этого ровным счетом ничего не изменилось. Оно и понятно: пока стандартами качества нефти выступают техасская Light Sweet и английская Brent, а основные торги черным золотом ведутся в Нью-Йорке и Лондоне, ни о какой дедолларизации не может быть и речи. Это было бы просто невыгодно никому, поскольку затруднило бы расчеты, и только. Единство нефти и доллара подтверждается и тем фактом, что национальная валюта крупнейшего в мире экспортера черного золота – Саудовской Аравии – привязана к доллару. Вот если бы в мире появились "альтернативные" нефтяные биржи, где торговали бы за другие валюты – тогда другое дело. Но США и их союзники жестко контролируют этот вопрос. Помнится, Саддам Хусейн пытался организовать у себя нефтяную биржу – и было это как раз накануне американского вторжения.
Что же касается Ирана, его отказ от доллара – это, скорее, хорошая мина при плохой игре. Дело в том, что США раскрутили механизм санкций, целью которых является экономическая и финансовая изоляция Тегерана. Под давлением Вашингтона многие европейские партнеры (в том числе, крупные банки) сворачивают свои отношения с иранской стороной. Особенно жестко регулируются и контролируются любые крупные сделки в долларах. Таким образом, переход в торговле нефтью на другие валюты – это с позиций Тегерана не столько наступление, сколько оборона.
А вот газпромовская идея перехода на рубли имеет другие предпосылки и перспективы. Ведь газ, в отличие от нефти, товар не глобальный, а региональный. Цены на него и механизмы расчетов устанавливаются в пределах того рынка, который охватывается конкретной распределительной сетью (мировой рынок СПГ – это все-таки дело будущего). Соответственно, в пределах регионального рынка расчеты могут вестись в любой удобной его участникам валюте. То есть переход на рубли в торговле газом между Россией и Европой теоретически возможен, хотя логичнее было бы продавать Европе газ за евро.
Но переход на рубли отвечает более далеким планам России. Он создаст спрос на национальную валюту за пределами страны, что, в свою очередь, будет иметь два благоприятных последствия. Во-первых, уменьшится инфляционное давление, поскольку определенная часть денежной массы переместится за рубеж; а во-вторых, появится возможность сделать рубль действительно свободно конвертируемой валютой (напомним: формально он является таковой уже полтора года, но спроса на него за рубежом пока нет). В этой связи есть даже мнение, что идея "газовых рублей" возникла именно как часть плана достижения реальной конвертируемости рубля.
Правда, для этого придется согласиться с тем, что рубль будет свободно торговаться за пределами РФ, то есть его реальный курс будет определяться не столько Центробанком, сколько рынком. Пока не понятно, пойдет ли ЦБ на это. Ведь он может с таким же успехом оставить за собой исключительное право продавать рубли иностранцам, чтобы они могли покупать на них газ у "Газпрома". Конечно, реальной конвертируемости таким способом достичь не удастся: спроса на рубли за границей все равно не будет. Однако и в этом случае определенные выгоды Россия получит: валюта от иностранных покупателей газа будет попадать непосредственно в ЦБ, а "Газпром" будет получать рубли, которые необходимы ему для финансирования разведки и добычи газа внутри страны.
Как бы то ни было, идея "газовых рублей" пока существует только в теории. Для ее воплощения нужно пересмотреть все долгосрочные контракты "Газпрома", в которых об оплате в рублях ничего не говорится. Пойдут ли на это наши европейские партнеры – большой вопрос. В любом случае, на позициях доллара в мировой энергетике это никак (или почти никак) не отразится. Сейчас 55% всех долгосрочных экспортных контрактов "Газпрома" номинированы в американских долларах и 45% – в евро, так что две ведущие мировые валюты пострадают от "наступления рубля" в равной степени.
Все новости...
