Lenty.ru: Морозы наносят последний удар REGNUM: Победа Владимира Путина означает распад НАТО

После инаугурации избранного президента России в мае 2008 г. может начаться второй этап секвестирования политических партий. Федеральной регистрационной службе (ФРС) дано указание приступить в ближайшее время к проверке партийных объединений с целью сокращения их численности с нынешних 14 до семи - восьми.

В первую очередь будут ликвидированы "карликовые" партии, например, Партия зеленых, Партия возрождения России Геннадия Селезнева или Партия мира и единства Сажи Умалатовой. Серьезная угроза нависает также над "старожилами" - Союзом правых сил и Демократической партией России.

Основные претензии к "карликам" касаются несоответствия минимальной численности организации и широты регионального представительства и, как следствие, низкой электоральной активности. СПС, Демпартия и некоторые другие структуры после парламентской кампании задолжали государственной казне за бесплатный теле- и радиоэфир. Если долги не будут погашены в короткий срок, со счетов партий на основании решения суда будут сняты все средства.

Слухи о скором начале ликвидационной кампании в некоторых партиях встретили угрозами уличных протестов. Конечно, как бы несерьезно ни звучали подобные заявления, власть успеет подготовиться к возможным демаршам пораженцев, и аполитичным гражданам России ничто не помешает свободно перемещаться по улицам городов.

Кстати, угроза беспорядками вполне может быть расценена как экстремистская деятельность и послужит дополнительным основанием для роспуска партии. Например, аналитики предупреждают руководство СПС, что чередой своих непродуманных действий они поставили организацию под удар дамоклова меча правосудия.

Активная кампания по зачистке партийного пространства началась в стране в 2006 году. Еще осенью 2005 г., по данным ФРС, в России насчитывалось 38 политических партий. Чиновники Росрегистрации пришли к выводу, что после завершения парламентской кампании в 2003 г. в стране наметился естественный процесс по укрупнению и распаду партий. Статистика свидетельствовала, что в 1999 г. в выборах в Госдуму участвовало 111 партий и объединений, в 1999 г. в избирательном бюллетене числилось уже только 64 структуры, а в 2003 г. - и вовсе 30. Пообещав развить эту тенденцию, ФРС в 2006 г. приступило к тотальной проверке партий. В своей работе чиновники руководствовались обновленным партийным законодательством, не сулившим легкой жизни малочисленным и неэффективным идеологическим объединениям.

Доводы партийных активистов и работников Росрегистрации и их оценки законотворческих нововведений, естественно, разнятся. Первые считают законодательство слишком жестким, а в действиях властей усматривают злой умысел и политический произвол в сознательном разрушении партийного пространства. Чиновников готовы поддержать социологи, утверждающие, что реальный электоральный вес имеют несколько партий, и они-то и представлены в Госдуме. Популярность остальных объединений находится за рамками статистической погрешности, поэтому изменения в статусе этих партий также не отражаются в общественном мнении. Заключительным аргументом против радетелей идеологического многообразия в малых формах служит утверждение о крайне низком авторитете и популярности самого института политических партий у населения. Иными словами, большинству россиян нет дела до судеб малочисленных партий или организаций-должников.

Политически активным гражданам придется довольствоваться теми структурами, которые смогут доказать свою жизнеспособность Росрегистрации. В конце концов, как признавал лидер одной из упраздненных в начале 2007 г. "карликовых" партий, в головах у людей - идеологическая каша, а различия в политических программах и лозунгах объединений минимальны. В случае ликвидации половины российских партий, их электорат благополучно перераспределится между уцелевшими - соратники Селезнева и Умалатовой примкнут к Зюганову или Миронову, а демократы вынуждены будут выбирать между Явлинским или Барщевским.

Этак постепенно российская партийная система эволюционирует до двухпартийной, а то и вовсе победит идеологический консенсус.