ФОТО: AP

Lenty.ru: UTRO.CZ: Свиной грипп сразил главного медика REGNUM: The Financial Times: Москва не скрывает презрения к Януковичу

В минувшую субботу состоялось событие, которого так долго ждали не только большевики, но и "эсеры", и либерал-демократы, и все сочувствующие российским оппозиционерам граждане. Президент России принял лидеров думских фракций и выслушал претензии парламентской оппозиции к итогам состоявшихся 11 октября региональных выборов.

Те, кто ожидал, что встреча станет неким подобием политического прорыва, остались разочарованы. С первых слов Дмитрий Медведев четко обозначил свою позицию: он предлагает обсуждать не итоги выборов, а предстоящее послание президента РФ Федеральному собранию. Да, он готов говорить о модернизации избирательной системы, о развитии демократии в России – но для предъявления конкретных претензий к результатам конкретного голосования есть установленный порядок. Кроме того, Медведев заметил, что "как правило, тот, кто побеждает, всегда относится к итогам абсолютно позитивно, а тот, кто выступает несколько иначе, как правило, дает другие оценки". То есть, переводя с русского на русский: нечего пенять на зеркало народного волеизъявления, коли физиономия (выразимся помягче) самой оппозиции симпатий не вызывает.

Если вдуматься, ничего иного от этой встречи ждать и не стоило. Юридически решение о признании выборов недействительными принимает не президент, а избирком в момент подписания окончательного протокола. После подписания такового – суд. Так что в стране, где хотя бы формально действует разделение властей, глава государства не может себе позволить публично выразить сомнение в достоверности итогов голосования. Кроме того, президент, если он позиционирует себя как сильный и волевой лидер, не может поддаваться откровенному давлению со стороны оппозиции, каковым, безусловно, являлся парламентский демарш и требование встречи.

Собственно, сам факт того, что Медведев принял вождей оппозиции, уже является достаточной уступкой, хотя надо отдать должное кремлевским технологам – они сумели внешне обставить все так, чтобы слово "снисхождение" было более уместно. И вышеупомянутый пассаж Медведева, и его же реплика про "похоронные настроения", и появление на встрече главы думской фракции ЕР спикера Грызлова – все демонстрировало: президент вызвал к себе обиженных оппозиционеров не для того чтобы обсуждать их обиду, а чтобы провести с ними воспитательную работу.

В общем, на этом можно было бы и поставить точку, если бы не некоторые "но". Первая реакция Кремля на парламентский демарш была вполне однозначной – президент не будет менять свой график, а он не предполагает общения с главами позиционных фракций в обозримой перспективе. Однако время нашлось, и встреча все-таки состоялась. Ну а после завершения беседы с президентом, большая часть которой проходила за закрытыми дверями, лидеры левой оппозиции продемонстрировали странный оптимизм. Так, Геннадий Зюганов назвал беседу "конструктивной, сложной и очень ответственной", сообщив, что ключевым вопросом, который он поставил перед президентом, стала "проблема демократизации политической жизни страны", без которой "невозможно остудить головы и тех, кто воровал голоса, и кто приписывал и нарушал закон о выборах". И этот вопрос, уверен Зюганов, встанет в президентском послании "во весь рост". Владимир Жириновский сообщил: отправив оппозицию в суд, глава государства не забыл пообещать, что "будут приняты меры, чтобы ни один суд не пытался идти на поводу у тех, кто пользуется телефонным правом или денежным ресурсом", упомянув заодно, что не все было "стерильно и гладко".

Правда, на объективность лидеров оппозиции рассчитывать особенно не приходится – им нельзя потерять лицо, признав, что в Барвиху они ездили напрасно.

По сути, выводов из всей этой истории можно сделать два. Во-первых, с выборами все-таки вышло не совсем стерильно, раз понадобилась такая встреча. Хотя проблема, вероятнее всего, не в фальсификациях, а в том, что накачивать рейтинг "Единой России" становится все труднее и скоро даже административного ресурса для этого перестанет хватать, а у оппозиции политический потенциал действительно есть.

Однако – и это второй важнейший вывод – реальной оппозиции в стране все-таки нет. Есть несколько позиционирующих себя в оппозиционном качестве партий, которые уповают на гаранта Конституции и от него ждут решения своих проблем, вместо того чтобы обращаться напрямую к обществу. Не в суд идут, не к журналистам – к президенту. Не на справедливое решение, не на поддержку общества уповают – на одну только державную волю одного конкретного человека.

Парадокс ведь в том, что демократические институты, институты гражданского общества работают ровно настолько, насколько они нужны самим гражданам, насколько, насколько граждане в них верят. Так вот, все происходившее в период с 11 по 24 октября наглядно показало: востребован у нас только один политический институт – это Президент Российской Федерации.