Саакашвили будет "очень агрессивным"

Президент Грузии Михаил Саакашвили вчера снова сделал властям непризнанной Южно-Осетинской Республики интересное предложение. Оно выглядит следующим образом: конституционно закрепленная полная автономия, но в составе единой Грузии. "Состояние законсервированности конфликтов в Грузии, сохранения их статус-кво далее неприемлемо, – заявил Саакашвили на открывшейся в Батуми международной конференции, посвященной урегулированию конфликта в Цхинвальском регионе. – Мы располагаем беспрецедентным мандатом доверия населения, поэтому готовы пойти на неординарные шаги, конституционно предоставив бывшей Юго-Осетинской области полную автономию в составе единого грузинского государства".

В Цхинвале уже успели оценить это предложение, впервые озвученное Саакашвили несколько месяцев назад в Страсбурге. "В этой инициативе нет ничего нового, поэтому она для нас неприемлема. Южная Осетия провозгласила свою государственность и не намерена рассматривать какой-либо другой политический статус, – заявил министр иностранных дел непризнанной республики Мурад Джиоев, объясняя, почему представители руководства Южной Осетии не примут участия в мероприятии, которое расценивают как "часть пиар-кампании президента Саакашвили". Впрочем, если само по себе это предложение в Цхинвале и не считают поводом для размышлений, то вот на тон, в котором оно было сделано, следует обратить самое решительное внимание. "Я не намерен ждать сто лет до завершения этого вопроса, поэтому мы будем очень агрессивными в поисках мира, – заявил президент Грузии журналистам перед тем, как отправиться в Батуми. Грузия не собирается держать конфликты в "замороженном" состоянии дольше, чем это необходимо, добавил он. "Другой альтернативы, нежели агрессивные мирные инициативы, у нас нет". Какая степень агрессии имелась в виду, Саакашвили уточнять не стал. Однако уже на конференции подчеркнул, что нынешнее руководство страны (не в пример предшествующему) пользуется мандатом доверия населения, а потому может пойти далеко.

Пока Цхинвалу предложен план поэтапного предоставления статуса автономии, предполагающий не только полное самоуправление, но и адекватное представительство в парламенте Грузии. Кроме того, официальный Тбилиси готов принять закон о реституции, гарантировать статус осетинского языка и развитие осетинской культуры, начать выдачу пенсий жителям Южной Осетии, начиная с 1991 года. И даже пойти на создание в Южной Осетии зоны свободной торговли и сохранение между Цхинвалом и РФ "особых отношений". До сих пор Грузия использовала экономические рычаги скорее в качестве кнута, чем пряника. Предприняв серию эффектных шагов для блокады пресловутых "особых отношений" (которые в реальности выливались в неконтролируемый поток контрабандных товаров через территорию Южной Осетии) и гораздо менее эффектных – для компенсации потерь, понесенных в результате местным населением, официальный Тбилиси добился разве что резкого усиления неприязни к Грузии. Теперь пришло время пряника, хотя далеко прятать кнут нынешние грузинские власти не собираются.

Стремление ускорить демонтаж конфликтов в Южной Осетии и Абхазии, помимо всего прочего, преследует еще одну очевидную цель: влияние России на этих территориях должно быть сведено к минимуму. Президент Грузии дает понять, что не склонен недооценивать роль России в урегулировании конфликтов в Южной Осетии и Абхазии. Но и переоценивать тоже: "Мы понимаем, что такое Россия, и надеемся найти с ней взаимопонимание, как это произошло в вопросе вывода военных баз", – подчеркнул он. При этом официальный Тбилиси на полную мощность эксплуатирует свой образ "молодой и перспективной демократии", не упуская случая заручиться поддержкой международного сообщества: неделю назад на парламентской сессии Ассамблеи ОБСЕ в Вашингтоне грузинская делегация в очередной раз обратила внимание ОБСЕ на роль России в урегулировании конфликтов в Южной Осетии и Абхазии. Незадолго до того вывод российских военных баз с территории страны официально приветствовал Страсбург.

Между тем, именно пресловутая "роль России" сейчас оказалась под большим вопросом. В частности, Россия никак не отреагировала на сделанное президентом Абхазии Сергеем Багапшем заявление по проблеме российских военных баз в Грузии – о том, что Абхазия готова разместить российские базы на своей территории. Аналогичные предложения звучали и со стороны Южной Осетии. В итоге непризнанные республики активизировали усилия по координации своих действий, в том числе и по укреплению собственного оборонительного союза. Между тем Россия, до недавнего времени активным образом наращивавшая свое влияние в Южной Осетии (еще год назад рассуждения наших парламентариев о перспективе ее включения в состав РФ не воспринимались как ересь – благо, усилиями паспортно-визовой службы РФ количество российских граждан в грузинских анклавах увеличивалось с каждым днем), внезапно предпочла занять роль стороннего наблюдателя. Так сказать, непредвзятого арбитра, призывающего стороны к переговорам и компромиссам. И сейчас всячески дает понять, что не готова встать на защиту соотечественников в том случае, если официальный Тбилиси попытается решить абхазскую и южноосетинскую проблемы силой. Вряд ли следует добавлять, что в этом случае вероятность нового грузинского вторжения в Абхазию и Южную Осетию возрастает: обещание "агрессивного мира" само по себе довольно красноречиво.