В минувшую субботу в России стало тремя партиями меньше, а затем одной больше. Делегаты внеочередных съездов Российской партии жизни и Партии пенсионеров по отдельности приняли решение о прекращении деятельности каждой из структур и о создании на их месте общественных движений (соответственно "Хартии жизни" и "Пенсионеров России"). В свою очередь, "Родина" переименовалась в "Справедливую Россию – Родина. Пенсионеры. Жизнь", став площадкой для объединения вышеупомянутых движений. Предусмотренные законом процедуры должны завершиться в первой декаде 2007 г. объединительным съездом новой партии.
Процедуры прошли более чем рутинно для столь знакового события. Дискуссию решено было не объявлять: к чему обсуждать то, что уже где надо и кем надо решено. Заседания всех трех партий прошли в закрытом режиме. Позже из замкнутого пространства дошли новости: делегаты спели гимн, потом руководители партий вкратце изложили доводы в пользу слияния, была разъяснены юридические требования при реализации подобного рода организационных устремлений, затем проголосовали без обсуждения. Так объединяются партии.
А еще делегаты "Родины" проголосовали за вступление в их партию лидера уже бывшей РПЖ Сергея Миронова и его коллеги по переходному периоду из "Пенсионеров России" Игоря Зотова. Обретя партбилет, оба немедленно сделали на новом месте блестящую карьеру: первый стал председателем партии, второй – секретарем Центрального Совета. Что касается руководителя "Родины" Александра Бабакова, то в партии "Справедливая Россия" он получил пост секретаря президиума. Так объединяются лидеры.
Как будет объединяться электорат прежде самостоятельных партий и работающие с ним региональные структуры – вопрос открытый. Прежде этот путь с грехом пополам осилили только "Единство" и "ОВР", когда было принято решение о слиянии этих двух "партий власти". При том, что объединение это происходило по заведомо щадящему сценарию для аппаратных структур (прежде всего "ОВР") и при наличии в общем-то однородного электората, оно далось нелегко. Даже сегодня некоторые эксперты уверены: случись в "Единой России" раскол, правое и левое "крылья" лишь оформят размежевание по партийному принципу образца 1999 года.
Но если "Единая Россия" с каждым годом все дальше уходит от этой опасности "тряхнуть стариной", то риски для новой партии, также претендующей стать "партией власти", особенно велики. Сразу несколько факторов делают прогноз о будущем "Справедливой России" в большой степени пессимистичным.
Наибольший пессимизм вызывает отсутствие у образуемой структуры какой бы то ни было идеологии, позволяющей причислить ее к собственно партиям в полном смысле этого слова. Вся идеология мироновцев, желающих стать второй "партией власти", состоит в противодействии первой "партии власти" – "Единой России", которая сама по себе является не властью в полном смысле этого слова, а всего лишь одним из инструментов действующей власти. Странно говорить одновременно и о лояльности Кремлю, и о враждебности правой руке этого самого Кремля. В чем же здесь политическая позиция? Если бы речь шла о неприятии методов, используемых "Единой Россией" при приверженности общему курсу, это одно. Но ведь речь идет о том, что еще не существующая "Справедливая Россия" объявляет себя "левой" и залезает на поле, где уже вовсю играет КПРФ, имеющая свои соображения и по поводу социальной справедливости, и по поводу собственности, и по поводу законодательства – то есть все признаки, позволяющие причислить ее к левым партиям. Есть ли такие же признаки у мироновцев, во всем поддерживающих Кремль? Нет. Создается ли у нас новая настоящая левая партия? Тоже нет. А тогда зачем она реально нужна, если, конечно, исключить, политтехнологические игры?
Во-вторых, существенное значение имеет качество "складываемого" электората. В современной социологии не существует критериев оценки того результата, который может дать объединение прежде заштатной "партии власти" (с рейтингом, близким к арифметической погрешности), патриотов с сильным душком национализма и социальной партии, апеллирующей к активным избирателям преимущественно левой политической ориентации. Любой эксперт скажет, что электораты объединяющихся партий не складываются механически в сумму, достаточную для победы на выборах, это не арифметика в начальной школе. Пример тому мы наблюдали в декабре прошлого года, когда СПС и "Яблоко", пошедшие в Мосгордуму единым списком и надеявшиеся на механическое сложение голосов своих сторонников, проиграли выборы подчистую. При том сценарии, который реализуется сегодня, о результате можно только гадать. Электорат двух из трех партий – "Родины" и "Пенсионеров России" – активен на выборах, многочислен и потому влиятелен. Лояльность этого электората "Справедливой России" способна сделать эту партию действительно конкурентной в борьбе с единороссами. Любые же колебания не только уничтожат всякие надежды Сергея Миронова на серьезную часть пирога власти, но и приведут к серьезным социальным осложнениям. Ощущение "неоткормленности" столь активного электората (который, отвернувшись от бывших лидеров, вряд ли найдет себе новых в существующем политическом поле), – отрицательный фактор в борьбе за социальный и национальный мир.
В-третьих, новая партия Сергея Миронова до выборов в Государственную думу в декабре 2007 г. может банально не успеть стать эффективно действующей по всей России. За оставшийся год ей придется сформировать на местах работоспособные, профессиональные, а главное – избавленные от внутренних конфликтов структуры. Судя по тому, что представители структур сливающихся партий переходили в рукопашную в прямом эфире в ходе прошедших в начале октября региональных выборов, процесс этот легким вряд ли будет. Сильные структуры нужны новой партии еще и потому, что именно им предстоит договариваться с местными элитами о поддержке. Всякий, кто знает партийную жизнь изнутри, понимает, что работа эта – весьма деликатная. Вдвойне непростой она будет именно для "Справедливой России", которую местные единороссы попытаются нейтрализовать любым способом. Слабые кадры на местах – либо еще не остывшие от прежних рукопашных схваток, либо неудовлетворенные новым статусом и распределением ролей – станут той самой болевой точкой, в которую более опытный противник будет целенаправленно бить.
Возвращаясь же к сравнению с ОВР и "Единством", можно сказать, что в нашем случае безболезненного объединения аппаратов и гарантированно равных прав у представителей каждой из трех объединяющихся структур не будет. Нас ожидают крупные региональные скандалы. Да, московские партначальники договорились о многом, но это совершенно не означает, что реальные партструктуры на местах довольны происходящим. Показательным в этом смысле является Питер, где, по имеющейся информации, сегодня все отделение "Родины" пишет заявления о роспуске и несогласии, а тесно связанный с этой же партией известный экономист Михаил Делягин вообще подал иск в суд, протестуя против объединения.
Если называть вещи своими именами, то качество политического материала у пытающихся закрепиться мироновцев по определению будет на порядок ниже, чем у их главного конкурента – ЕР. "Качество" не только в том смысле, что все, кто свяжется с новой партией, являются "вечно вторыми", но и в том, что эти самые оставшиеся не у дел потенциальные партийцы оппозиционны не столько "Единой России", о чем не устает говорить Сергей Миронов, а, скорее, Кремлю, чего Миронов не хочет ни в коем случае. Здесь опять проявляется главная слабость нового образования, о которой сказано вначале, – отсутствие идеологии.
В-четвертых, не стоит переоценивать тот самый "административный ресурс", которым, как многим кажется, наделен Сергей Миронов. Из достоверно известных ресурсов подобного рода в его руках – лишь Совет Федерации. Для того чтобы стать второй "партией власти" (то есть взять большую часть из не попадающих в руки единороссов 60% голосов), влияния на группу сенаторов мало. Сегодня "Единая Россия" вполне себе "партия власти", на которую работают десятки партийных губернаторов, глав региональных правительств, заксобраний, сотни мэров больших и малых городов. Внезапное воскрешение "Партии жизни", чей лидер обзавелся росчерком Владимира Путина в качестве демонстрации своей близости к президенту, по понятным причинам дезориентировало пугливую региональную чиновничью рать. Многим показалось, что монополию единороссов в Кремле "сдают" и потому стоит задуматься о новых приоритетах. Возможно, что хороший результат мироновцев на октябрьских выборах стал следствием в том числе и подобной растерянности.
Однако вряд ли такой разброд политические конкуренты потерпят в дальнейшем. Представляется, что "Единая Россия" такую слабость своих представителей на местах пресечет, и уже в самое ближайшее время стоит ждать жестких указаний центра регионам, как нужно разговаривать с претендентом на власть. Реальный административный ресурс в подавляющем большинстве регионов – у "Единой России". И, по крайней мере до того момента, когда Владимир Путин не огласит имя кандидата в преемники, никого из "медведей" нельзя заставить договориться с "мироновцами" о дележе власти. Это значит, что "Справедливой России" предстоит зарабатывать себе очки в честной борьбе – без админресурса и, возможно, уже и без экивоков в сторону президента.
Нельзя не понимать, что реальный административный ресурс у Миронова только один – знакомство с Путиным, и ничего более. Говоря упрощенным языком, он не политик в полном смысле этого слова, а, скорее, назначенный гендиректор, пользующийся преимуществами должности. Выдерни из-под него поддержку акционеров – и останется пустота.
Если говорить об административном ресурсе вообще, то нельзя не признать, что сам спикер Совета Федерации, являющийся знаменем нового объединения, только на нем и держится. Видные функционеры "Единой России" не зря говорили, что председательствует он только благодаря им: чисто формально питерской организации "ЕдРа" не хватает всего трех голосов в местном Законодательном собрании, чтобы отозвать Миронова не только из председателей Совфеда, но и из сенаторов вообще. Другой вопрос, что обстановка нынче не та, чтобы вот так просто взять и прервать его карьеру: слишком серьезная игра ведется.
Сможет ли успешно пройти испытание лишением всякого административного ресурса партия, на сто процентов созданная и контролируемая "сверху", – большой вопрос. Если да – то это станет огромным плюсом для развития всей российской политической системы. Можно предположить, что институт общественного контроля за ходом выбором, с подключением к его работе "Справедливой России", наконец-то докажет свою эффективность. Возможно также – и октябрьские выборы это показали – с большей эффективностью будет следить за выборами судебная система. В этом смысле влияние главы Совета Федерации на ситуацию будет бесспорно и безусловно положительно.
Но чтобы вызывать на честный бой единороссов, нужно еще стать партией. Станет ли таковой "Справедливая Россия", покажет I полугодие 2007 года. Для этого ей нужно преодолеть все внутренние противоречия и завоевать доверие избирателей. Массовый избиратель, как известно, не слишком разбирается в интригах и хитросплетениях, но зато очень чутко реагирует на такое понятие, как репутация. И "Справедливой России" придется постараться, чтобы электорат забыл выкрутасы Партии пенсионеров, чьи избирательные списки были в свое время заполнены родственниками ее бывшего руководителя Валерия Гартунга, телодвижения "Родины", поддерживавшей авторитетного нижегородца Андрея Климентьева, и прочие нелицеприятные политические штучки, называемые в народе "торговлей за места в списках".
Все новости...
