На фоне ожидания перемен, связанных с избирательным циклом в России и предстоящими в ноябре следующего года выборами президента США, особенно бросаются в глаза изменения, которые потрясли мир в течение 20 лет, прошедших со времен судьбоносного визита в США генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. По легенде, в декабре 1987 г. занимавший тогда пост вице-президента Буш-старший, прощаясь, сказал Горбачеву, что тот всегда может обращаться к нему по любому вопросу американо-советских отношений, и он, Буш, "постарается сделать все, что сможет".
Речь, как легко догадаться, шла о прекращении конфронтации, о позитивной тенденции, своеобразной кульминацией которой стала встреча двух лидеров на Мальте, когда в ходе совместной пресс-конференции политики заявили об окончании холодной войны. Нынешний президент США все еще остается наследником политической традиции, благодаря которой стали возможны глобальные перемены конца 1980-х. Но ему, равно как и значительной части американского истеблишмента, давно уже тесно в рамках старых стереотипов.
Новые тенденции стали заметны уже с первых дней президентства Буша-младшего. Исходной точкой перелома в российско-американских отношений можно считать более ранний период, а именно Балканский кризис 1999 года. Но только спустя почти десять лет с того момента обоснованное недовольство России действиями своих западных партнеров нашло свое выражение в мюнхенской речи президента Путина. Еще через полгода Москва возобновила регулярные полеты своих военных самолетов в акваториях Мирового океана. И хотя некоторые комментаторы полагают, что эти меры в большей степени объясняются обеспокоенностью российского руководства растущей военной мощью Китая, круг, как говорится, замкнулся.
Справедливости ради стоит отметить, что до последнего времени политика России, как, впрочем, и активность других игроков была практически лишена стратегической составляющей. На протяжении многих лет Москва либо следовала в фарватере США, либо отбивала наносимые Вашингтоном удары. Инициатором новых веяний и тенденций практически все время выступали США. И потому предстоящий уход Буша-младшего можно рассматривать как событие, подводящее черту под 20-летним периодом мировой истории.
Независимо от того, уйдет американский президент тихо или устроит "прощальный фейерверк" в виде еще одной военной авантюры, после инаугурации нового главы государства мы все проснемся в другом мире, черты которого уже проступают на фоне суеты, царящей на поле мировой политики. За неполные семь лет своего президентства Буш-младший сумел перебаламутить и перевозбудить многих. Но не стоит преувеличивать роль личности в истории: мессианский пафос американского президента и виражи его внешней политики стали лишь катализаторами глобальных конфронтационных тенденций.
По мнению некоторых экспертов, дело сегодня идет к большой войне, и невиданный рост оборотов на рынке вооружений вроде бы подтверждает эти прогнозы. Проблема, однако, состоит не только в наращивании военных потенциалов, но и в политических маневрах, происходящих на поле мировой политики. Процессы эти, как правило, протекают "под ковром", и публика может судить о них по отдельным крикам и всхлипам, по странным действиям политиков и, разумеется, по вбросам информации в СМИ. И только много позже становится понятным сам сюжет, косвенные признаки которого давно были выставлены на всеобщее обозрение.
Вот, например, отношения между ближайшими партнерами - США и Великобританией. На фоне критики политики США в Ираке со стороны американских демократов закатилась политическая звезда Тони Блэра, прозванного "пуделем Джорджа Буша". Одновременно Конгресс США принял решение о сокращении финансирования проекта размещения ракет-перехватчиков в Польше, а накануне открытия нового политического сезона один за другим подали в отставку советник президента Буша Карл Роув и министр юстиции и генеральный прокурор США Альберто Гонсалес.
И тут же представители британского истеблишмента синхронно обрушиваются с критикой на США и лично на бывшего главу Пентагона Дональда Рамсфелда. Бывший глава МИД и Министерства обороны консерватор Малкольм Рифкинд говорит о "некомпетентности" Рамсфелда, а экс-заместитель главы Бюро по реконструкции и гуманитарной помощи коалиционных сил генерал-майор Тим Кросс и начальник генерального штаба британской армии генерал Майк Джексон констатируют "интеллектуальное банкротство" всей политики США в Ираке.
Затем в британские СМИ попадают фрагменты секретного доклада командующего британской армией генерала Ричарда Дэнната, из которого следует, что у английской армии больше нет резервов. Она истощена иракской операцией настолько, что даже в случае нападения террористов на территории своей страны командование сможет задействовать не более пятисот человек. Заметим, что поверить в эти цифры трудно, поскольку некоторое время назад Британия вывела из Ирака 12,5 тыс. военнослужащих. Тем не менее вброс произвел впечатление. Лидер британских либерал-демократов Мензис Кэмпбелл тут же потребовал вывести из Ирака все же остающихся там 5,5 тысячи военных и обвинил нового премьера Гордона Брауна в том, что он "в точности повторяет политику своего предшественника Тони Блэра".
А в это время представитель Пентагона генерал Джек Кин выразил недовольство действиями британского командования, уделяющего слишком большое внимание подготовке иракских военных за счет снижения контроля над ситуацией в Басре. В ответ министр иностранных дел Британии Дэвид Милибанд заявил, что "планы английских военных в Басре не будут изменяться в угоду США", а Гордон Браун невнятно намекнул на возможность не то сокращения, не то полного вывода из Ирака британского контингента.
На примере этой словесной перепалки хорошо видно, как нагнетается ситуация, чтобы в начале этой недели разрешиться выводом английских военных из Басры. Контроль передан иракским силам, внимание к подготовке которых так раздражало Вашингтон. Президент Буш, назвав происшедшее "поражением" и "отступлением", тут же примчался в Ирак , где также намекнул на возможность сокращения американского контингента. Тенденция, как говорится, налицо. Новый премьер-министр Британии, учтя печальный опыт Блэра, решил не ссориться с английским обществом и нанес вполне ощутимый удар по партнерству с США.
Еще один не менее интересный сюжет касается взаимоотношений Германии и Франции, союз которых сдерживали общие позиции по Ираку. Сегодня, после избрания президентом Франции Николя Саркози, от этой дружбы не осталось и следа. Злые языки утверждают, что Саркози занял место Блэра в свите Джорджа Буша, переметнувшись в стан евроатлантистов, а Германия Ангелы Меркель продолжает ориентироваться на Европу и выстраивать, хотя и в более осторожной форме, отношения с Россией.
По мнению некоторых комментаторов, прямым следствием новой расстановки сил стала череда дипломатических унижений Германии, без консультаций с которой были приняты два знаковых решения. Речь, в первую очередь, идет о назначении Тони Блэра спецпредставителем "ближневосточного квартета". Следом по инициативе Саркози пост главы МВФ получил бывший министр финансов Франции Доминик Стросс-Кана. Были и более мелкие, но ощутимые уколы, свидетельствующие о стремлении наказать Берлин, играющий с Москвой через голову разделяющей их Польши.
Вообще, можно сказать, что сегодняшняя Европа все более напоминает лоскутное одеяло. Страны, омываемые Атлантическим океаном, дистанцируются от идей евроатлантизма, а стоявшая у истоков "Общего рынка" Франция и континентальные государства Восточной Европы, став членами ЕС, активно играют в команде США.
Впрочем, внутри этих государств тоже нет единства. Население и местные управленческие органы демонстрируют недовольство политикой центральной власти. Катализаторами этих процессов стали не только проблемы, связанные с размещением объектов американской ПРО в Чехии и Польше, но и перманентные элитные скандалы. Самый мощный из этих скандалов был спровоцирован арестами высших чинов МВД Польши.
Эти и многие другие сюжеты свидетельствуют о том, что сегодня от благодати, снизошедшей на Старый Свет во времена падения Берлинской стены, не осталось и следа. Еще более неспокойно на других континентах. Перевозбужден арабский Восток, в Ираке и Афганистане идет война, теракты сотрясают Пакистан и относительно спокойную Индию. Полем противостояния остается Африка, где после распада СССР начал с удвоенной активностью работать Китай. Рвется на части Центральная Азия, мучительно выбирающая, с кем дружить: с Китаем, с Россией, с США или Европой или со всеми сразу, но понемножку.
Разрушаются привычные линии идеологического и геополитического противостояния, расшатывается прочность старых связей и новых союзов. Августовский саммит ШОС продемонстрировал жесткое соперничество России и Китая за доминирование в этой организации. Соседние с Россией государства и бывшие республики Союза постепенно превращаются в сателлитов Вашингтона. В то же время Латинская Америка, давняя зона влияния США, стремительно левеет, открыто бунтуя против своего бывшего патрона.
Все смешалось на мировой политической сцене, напоминающей сегодня взбудораженную Европу конца 20-х - начала 30-х годов прошлого столетия. Претендующие на роль мирового лидера США явно не в состоянии управиться со всеми проблема. А отсутствие других по-настоящему сильных полюсов притяжения провоцирует непрогнозируемые маневры средних и мелких игроков. За 20 лет, прошедших с момента разрушения старого равновесия, не удалось выстроить ни однополярный, ни многополярный мир. Итогом этого периода стала хаотизация мировой политики, в которой все играют со всеми и против всех, и не исключено, что именно этот вызов станет главным пунктом повести дня на следующее десятилетие.
Все новости...
