Lenty.ru: Война расширяется REGNUM: Победа Владимира Путина означает распад НАТО

На фоне глобального кризиса китайская экономика выглядит более чем неплохо – такой обнадеживающий вывод можно сделать из заявления главы Центрального банка КНР Чжоу Сяочуаня, выступившего вчера перед журналистами. По словам руководителя китайского ЦБ, финансовая система страны и банки в целом стабильны, а экономика Китая продолжает держать удар мирового кризиса. Главной особенностью ситуации, сложившейся в банковской системе КНР, со слов Сяочуаня, является отсутствие в стране кризиса ликвидности, чем не могут похвастать ни США, ни ЕС, ни большинство других стран.

Китай, с его мощной экономикой и огромными международными резервами, сегодня рассматривается многими чуть ли не как единственный потенциальный плацдарм возрождения мировой экономики. По последним данным Национального статистического бюро КНР, рост китайского ВВП в III квартале 2008 г. составил 9%, понизившись на 1,1 процентного пункта по сравнению с показателем за II квартал 2008 года. Даже при наличии факта замедления (предположительно, рост ВВП снизится до 7,5%) китайская экономика продолжает демонстрировать невероятную динамичность.

Именно на Китай делается ставка лидерами Франции и России, предложившими провести 15 ноября в Вашингтоне саммит "большой двадцатки", посвященный проблеме кризиса и реформированию финансовой системы. Основной идеей саммита должен стать пересмотр доллароцентричной мировой финансовой архитектуры, базирующейся на Бреттон-Вудских соглашениях. По замыслу инициаторов встречи, США должно быть отказано в исключительном праве выступать в качестве регулятора мировой финансовой системы.

Разрушить эту исключительность должно государство с мощной экономикой и сильной валютой, способное уравновесить экономическую и финансовую мощь США. Всем остальным приглашенным к участию в саммите странам отводится хоть и важная, но скорее "поддерживающая" роль.

Нынешняя попытка снижения финансового влияния США отнюдь не первая. Некоторое время назад страны ЕС попытались финансово уравновесить Америку и улучшить свое положение в мировой торговле путем введения единой европейской валюты. Однако тогда американская экономическая мощь и кризисные явления в ведущих экономиках мира не позволили мировой финансовой системе коренным образом измениться.

Теперь будет предпринята очередная попытка "развести полюса". Подавляющее большинство стран связывает с этим возможность излечения мира от кризиса, а также упрочнение собственных финансовых позиций. Учитывая, что опереться в своем намерении сегодня они не могут ни на собственные экономики, ни, тем более, на собственные валюты, взоры всех желающих "изменить мир" невольно устремляются на Китай. Последний же, подобно мудрой обезьяне продолжает наблюдать с горы уже даже не за схваткой, а за слабыми взаимными тычками обессиленных американского и европейского "тигров" и "зверьем" поменьше, замершим вокруг них в нерешительности.

Главным преимуществом экономики Поднебесной является значительно возросший внутренний спрос, поддерживающий высокие темпы экономического роста. Учитывая численность населения КНР, это обстоятельство может стать хорошим драйвером для роста экономики Китая, а впоследствии и всего мира. Как долго продлится эта ситуация – сказать невозможно, как и установить глубину роста внутреннего спроса. Страна по-прежнему остается достаточно информационно закрытой. Однако в целом прогнозы выглядят достаточно оптимистично.

Организаторы вашингтонской встречи наверняка попытаются назначить Китай на роль локомотива нового исторического процесса, призванного покончить с глобальным кризисом и финансово-экономической гегемонией США.

Однако во всех этих построениях не учтен один важный фактор – интересы самого Китая. Между тем, несмотря на довольно сложные взаимоотношения между США и Поднебесной, у последней нет ни каких резонов низвергать Америку. Равно как и выстраивать новую постБреттон-Вудскую систему, инициированную, к тому же, президентом Франции. Своим небывалым экономическим расцветом Китай обязан в первую очередь США и той самой экономической системе, которую сегодня намерены перестраивать.

За последние пять лет КНР приобрела облигации казначейства США на сумму порядка $520 млрд, а ее общие резервы составляют сегодня около $1,8 триллиона. Это означает, что снижение экономического влияния Соединенных Штатов и ослабление доллара сильно ударят по интересам Китая. То же самое ожидает его и в случае резкого избавления от долларовых резервов. Это неизбежно приведет к падению курса американской валюты и, как следствие, сокращению резервов КНР. К тому же, по ряду причин Китай не желает чрезмерного усиления собственной валюты – юаня. А это значит, что устойчивое положение доллара должно беспокоить его едва ли не больше, чем Федеральную резервную систему США.

Не меньшее значение имеет и взаимопроникновение инвестиций. Так, например, в последние годы из Соединенных Штатов на территорию Китая вывезено огромное количество высокотехнологичных производств. Ослабление экономики США повлечет за собой их репатриацию для создания рабочих мест на родине. Это, в свою очередь, приведет к росту безработицы и снижению налоговых поступлений на территории КНР. Не стоит забывать и о многомиллиардных китайских инвестициях в американские компании и недвижимость, судьба которых тоже напрямую зависит от экономической ситуации в США.

Все это ставит под большой вопрос возможность создания при помощи и участии Китая новой системы экономических взаимоотношений, исключающих лидирующую роль США и американского доллара. Китайская "обезьяна", без сомнения, сойдет с горы. В значительной степени на деньги Китая и будет побежден кризис, а также построена новая мировая финансовая система. Только вряд ли она будет такой, какой ее представляют себе Саркози и его единомышленники.

Без всякого сомнения, эта система не будет больше однополярной. Правда, полюсов в ней вполне может оказаться всего два – КНР и США. На ближайшую перспективу это будет взаимодополняющий дуэт. Китай за счет своей долларовой ликвидности способен помочь Америке решить наиболее животрепещущие экономические проблемы, параллельно с этим приуменьшив американское экономическое влияние. Пойти дальше ему не позволят собственные интересы, а также технологические и военно-политические возможности Соединенных Штатов, которые по-прежнему не имеют равных в мире.

Преодоление кризиса в месте его зарождения, то есть в США, постепенно будет способствовать оздоровлению всей мировой экономики и началу нового экономического цикла, с неизбежным ростом потребления, производства и цен на ресурсы.